– Гребаное преуменьшение века. Я той ночью глаз не сомкнул, все думал о том, что случилось. И вот тогда-то я пришел к выводу, что мне больше нравится, когда секс…
– Более интерактивный? – подсказываю я.
Уилл слегка усмехается, но ситуация его явно мучит.
– Это ненормально, Диана. Я, блин, какой-то извращенец.
– Кто сказал?
– Не знаю. Общество, – он снова стонет. – В общем, я решил от всего этого отдохнуть. Я точно знал, что произойдет, если я пойду домой с Бекком и Лили. Она же просто бомба.
Я киваю.
– И она прямо сказала, что ее заинтересовали мы оба. Если бы я пошел с ними, мы бы втроем оказались в одной постели, а я… я так больше не хочу.
– Но ты сказал, что это доставляет тебе удовольствие.
– Это не должно войти в привычку. – В голосе его прорезается решимость. – Я хочу в какой-то момент завести девушку. Не могу же я встречаться с человеком, а потом сказать, мол, «эй, а можно, мой лучший друг тебя трахнет?»
– Справедливо. Если бы мне парень такое сказал, было бы охрененно неприятно.
– Вот видишь?
– Я понимаю, что тобой движет, правда понимаю. И хотя я не знаю, надо ли тебе полностью отказываться от тройничков, возможно, имеет смысл взять паузу. Втиснуть между ними немного секса один на один.
Мое согласие явно приносит Уиллу облегчение.
– Вот и я так подумал. Бекк завтра утром уедет, и его месяц не будет. Я смогу немного передохнуть. Может, познакомлюсь с кем-нибудь в Бостоне, пока работаю там… – Он внезапно зевает. – Черт, я что-то устал.
Зевота явно заразна.
– Я тоже. – Я откатываюсь в сторону и приподнимаю краешек покрывала. – Оставайся на своей стороне или больше не пущу ночевать.
– Я в твою сторону даже дышать не буду, – обещает он.
Я снова встаю и выключаю свет, а потом заползаю в кровать и устраиваюсь поудобнее. Уилл держит слово – устраивается на противоположном конце кровати и почти моментально засыпает. Я некоторое время лежу в тишине и отчасти сожалею, что не позволила ему обнять меня. Платонически, конечно. Я скучаю по мужским объятиям. При всех своих недостатках Перси чудесно обнимался.
Странно, что я не только засыпаю с мыслями о Перси, но и просыпаюсь от звука его голоса.
И только когда тонкая дымка сна окончательно рассеивается, я понимаю, что мне это не снится. Кто-то колотит в дверь, и я абсолютно точно слышу, как Перси кричит:
– Диана, ты дома?
Я резко сажусь на кровати, продирая глаза. На часах девять утра. Не слишком рано, но ведь сегодня утро воскресенья, а он заявился без предупреждения.
Какого хрена?
– Диана? – снова доносится из коридора приглушенный голос Перси.
Он снова стучит.
Рядом начинает ворочаться Уилл.
Черт.
– Что такое? – сонно бубнит он.
Я вылезаю из кровати и пятерней пытаюсь пригладить спутанные после сна волосы, заправляю непокорные прядки за уши.