Тут я не мог с ней не согласиться. Редко когда все удавалось спланировать. Обычно все выходило исключительно через импровизацию.
— Вот попомни мое слово, — сказала Лора. — Уже к концу дня точно произойдет что-нибудь неожиданное, и все твои планы улетят в трубу!
Кстати про неожиданности. Не успел я добраться до кухни, как меня взяла в оборот Маруся и, усадив на стол, пододвинула полную тарелку борща.
— Ты там, поди, на этой своей Антарктиде задубел совсем! — заворчала она. — Тоже мне, полярник нашелся! Ешь, и пока не очистишь тарелку, не встанешь!
Со смиренным видом я взял ложку и принялся есть. Хотя борщ был просто пальчики оближешь.
Рядом тут же образовался Боря. Он хотел мне что-то рассказать, но ему тоже плеснули пару половников. Нахмурившись, он отодвинул тарелку.
— С ума сошел! — уперла руки в боки Маруся. — С утра и крошки в рот не брал! А ну быстро!
Боря тоже взял ложку, и со смиренным видом мы оба принялись делать Марусе приятно. Ну и подкрепиться не мешало, конечно.
— Вот-вот, а то поди ни в Кремле, ни в Антарктиде таких борщей и не ведали, — сказала Маруся. — Да и царь, поди, исхудал с этими своими делами… Мне сказали он совсем сдал. Одна кожа да кости на этих его кремлевских харчах!
Я горько хохотнул.
— Если хочешь, можешь попотчевать его чем-нибудь по своему рецепту. Раз он все равно недалеко, — бросил я, выпив остаток борща. В животе сразу стало хорошо.
Тут же услышал стук удаляющихся шагов — Маруся торопливо покинула кухню. Мы с Борей переглянулись.
— Эээ… Я же пошутил…
— Дошутился, шутник! — хмыкнул Боря и ткнул меня кулачком в бок.
Через пару минут Маруся вернулась — при параде и с сумкой. Ни слова не сказав, она принялась собирать свои ножи.
— Его поди там в этой гостинице кормят чем не попадя! — бормотала она, собираясь. — Кто знает, что ему дают?.. А вдруг его попытаются отравить! Не-е-е-ет! Не в мою смену!
— Там вообще-то первоклассные повара… — заикнулся я, чем вызвал на себя гром и молнии.
— Какие-какие еще повара⁈ Первоклассные!!!
— Ну ты попал, Кузнецов! — хихикнула Лора, появившись передо мной в костюме повара — фартучек, естественно был надет на голое тело. — Сейчас придется съесть всю кастрюлю этого борща!
— Так ты… — скосил я глаза. — Ты-то при ребенке в таком не разгуливай. Рано ему еще…
— Так он все равно меня не видит.
— И что? Я-то вижу!
Отбившись от рассерженной Маруси, я пообещал доставить ее к царю в гостиницу. А тут еще и Боря напросился. Мол, выходной, в школу идти не нужно, а в поместье ему скучно.
— Ишь какой! — фыркнула Лора. — В поместье ему скучно! В поместье!
— Не ворчи, — ответил я, поднимаясь со стула на «ходулях» из болванчика. — Немного удачи нам в гостинице не помешает. Все же Есенин вот-вот прибудет. Надеюсь.
Арктика,
Немногим ранее
Снег. Он был везде. Снизу, справа, слева, сверху… В ботинках, за шиворотом и даже в бороде. Он был везде! ВЕЗДЕ!
— Гадство… — проговорил Есенин, выгребая снег из капюшона. Он не слишком надеялся найти в этой ледяной пустыне Исаака, но хотя бы достойного противника так точно.
Но нет. Перебив не одну сотню монстров он только набил полные ботинки снега, замерз и пару раз чуть не стал причиной таяния льдов. На последнее ему было плевать, но по телевизору говорили, что это плохо.