От Суэца до Кэмп-Дэвида. Противостояние США и СССР на Ближнем Востоке в 1950–1970 гг.: читать начало книги онлайн

14 мая 1953 г. в Каир с рабочим визитом прибывает американская делегация во главе с государственным секретарем. В ходе переговоров с Даллесом Нагиб и Насер отмечают, что «египетский народ обеспокоен и напуган, когда слышит о ближневосточных пактах обороны с участием западных держав. Насер, в свою очередь, заявил, что Египту будет также трудно участвовать в проектах региональной защиты даже после английской эвакуации, так как общественное мнение встретит это как «замаскированную форму новой совместной обороны»[6].

Серьезным фактором, в конечном итоге радикализировавшим внешнеполитическое поведение Египта и вовлекшим его в орбиту влияния СССР, стала победа Насера во внутриполитической борьбе в верхушке нового египетского руководства, которая с момента свершения Египетской революции не прекращалась ни на минуту. 25 февраля 1954 г. председатель Совета революционного командования Египта генерал Нагиб был смещен с поста и арестован. Вся полнота власти сосредоточилась в руках Насера, занявшего пост премьер-министра Египта.

В СССР после смерти Сталина в марте 1953 г. приход к власти группы Маленкова – Кагановича, а затем Хрущёва привел к постепенному обновлению внешнеполитического курса Советского Союза в отношении стран третьего мира. Под влиянием набиравшего силу Движения неприсоединения и роста волны антиколониализма в третьем мире на рубеже 1953–1954 гг. у советского руководства происходит постепенное изменение оптики восприятия национально-освободительных процессов на периферии биполярной системы. Не стал исключением в этом контексте и регион Ближнего Востока.

По сути, в этот же период действия Египта, который искал свое место, бесконечно лавируя и пытаясь получить попеременно помощь и от США, и от СССР для решения ключевой для Египта «суэцкой проблемы», обретают большую осознанность и начинают выглядеть все более антизападными по своему характеру. На региональном уровне Насер набирал все больший вес как панарабистский лидер, националист и нейтралист. Надежда увидеть «нового Ататюрка», которая возлагалась на Насера во властных кабинетах Белого дома, быстро развеялась в течение 1952–1955 гг.[7]

Насер повышает ставки в диалоге с Москвой, обращаясь в июне 1954 г. с запросом о поставках советских вооружений. В ходе беседы с послом СССР в Египте Даниилом Семеновичем Солодом премьер-министр Насер «дал понять, что США предлагают Египту военную помощь, но ставят условия, которые Египет не может принять»[8]. Уже в ходе июльской встречи советский посол Солод заверил премьера Насера, что «советское правительство было бы готово рассмотреть конкретные предложения египетского правительства» по вопросу поставок вооружений»[9].

Прямой запрос на поставку советского вооружения был результатом наметившихся разногласий Вашингтона и Каира в понимании логики создания оборонных союзов с участием ключевых стран региона.

Проект Даллеса по созданию Северного яруса обороны объективно пересматривал существовавший на протяжении второй половины 1940-х – начала 1950-х гг. английский план радиальной обороны вокруг баз в районе Суэцкого канала (так называемое Большое кольцо), замещая его новой северной зоной стратегической обороны. Появившись как альтернатива Суэцкой системе обороны в регионе, план Даллеса ориентировался на региональные государства и тем самым проводил черту размежевания на два лагеря: формально прозападный и египетский (проникнутый духом арабского национализма). Будучи усиленным по воле американской стороны, это размежевание в дальнейшем станет почвой для роста нестабильности в регионе во второй половине 1950-х гг. В подтверждение этому министр иностранных дел Египта Мухаммед Фавзи заявил, что «все эти меры направлены против Египта»[10]. Но точка зрения министра иностранных дел Египта не была выражением коллективного мнения правящей верхушки страны.

Ведя свою дипломатическую игру и используя противоречия в отношениях Вашингтона и Лондона, в марте 1954 г. премьер Насер сделал заявление, в котором подчеркнул, что он «склонен рассматривать новый турецко-пакистанский договор как положительный шаг на пути пресечения коммунистической угрозы в регионе»; вместе с тем Насер считал неактуальным для Египта включение в блок до тех пор, пока не будет решен вопрос о пребывании англичан на территории военных баз в районе Суэца[11]. Согласно англо-египетскому соглашению 1936 г. независимое государство королевство Египет санкционировало возможность размещения на своей территории военного контингента войск Великобритании на срок в 20 лет – до 1956 г. – с возможностью дальнейшей пролонгации военного присутствия в результате переговоров.

Новый план Даллеса, еще не ставший политической реальностью, уже тогда обнажил все старые проблемы региона, к которым постепенно добавились и новые, главной из которой были растущие амбиции Египта на гегемонию в арабском мире.

План создания Северного яруса обороны нес новые элементы и для политики Великобритании в регионе. Во-первых, план Даллеса распространялся на «святая святых» внешнеполитической системы Англии, а именно на Британское Содружество. Испытывая и без того массу сложностей в послевоенных отношениях с бывшими доминионами и колониями, Англия столкнулась с неожиданным сюрпризом со стороны своего союзника по «англоязычному союзу» – США[12].

И действительно, Соединенные Штаты, преследуя цель обороны и успокоения Ближневосточного региона, выбрали решение, которое грозило Великобритании невольным умножением проблем в рамках Британского Содружества, а также замораживанием англо-египетского противоречия по вопросу баз в районе Суэца. Забегая вперед, скажем, что это противоречие так и не было решено, и именно оно стало одной из причин Суэцкого кризиса 1956 г.

Для корректного понимания стратегических замыслов США рассмотрим тысячекилометровый радиус зоны охвата оборонного кольца с центром в районе Суэца – это зона Хартума (Судан), Стамбула (Турция), Басры (Ирак), Бенгази (Ливия), всего Восточного Средиземноморья и части Красного моря, т. е. Ближний Восток в его максимально широкой трактовке. Оборонные кольца, образованные Турцией и Пакистаном в качестве их эпицентров, суммарно покрывают территорию Будапешта, Днепра (Днепропетровска), Харькова, Волгограда (Сталинграда), Баку, Ташкента, Алма-Аты, бассейна р. Дон, р. Донец, р. Днепр, а также территорию Дели и Бомбея. Таким образом, большая часть территории покрытия – это стратегически важные нефтеносные и газоносные провинции СССР; эти же территории рассматривались Объединенным командованием начальников штабов (ОКНШ) США как зона начала советского проникновения на Ближний Восток[13]. Очевидно, логика действий Даллеса в области создания оборонных блоков с участием ближневосточных игроков была сконцентрирована на биполярном противостоянии и создании угрозы Советскому Союзу. Проблема деградации постколониальной системы присутствия Великобритании на Ближнем Востоке вкупе со все меньшей способностью контролировать рост национально-освободительной тенденции в период до событий Суэцкого кризиса 1956 г. не являлись приоритетом для Вашингтона.

Будучи фактическим самоустранением от посредничества в решении англо-египетского спора путем его увязки с идеей построения коллективной оборонной организации, вариант решения проблемы, характерный для периода пребывания в Белом доме администраций Гарри Трумэна и Дуайта Эйзенхауэра, оставлял Великобритании лишь неоколониальные, «силовые» аргументы в борьбе с неуступчивым Насером.

План Даллеса стал отображением усиливавшейся биполярной логики, которую раньше всех смогли уловить сверхдержавы – США и СССР. Основная идея, которой руководствовались США, заключалась в том, что главной целью на данный момент была гарантированная защита региона от возможного коммунистического проникновения. Самым верным и одновременно простым для США решением стало образование блока на основе партнерских отношений с абсолютно лояльными и одновременно антикоммунистическими государствами Ближнего Востока и смежных с ним регионов. Эту точку зрения поддерживали члены комитета по международным делам в сенате Л. Смит (штат Висконсин) и В. Проути (Вермонт)[14].

Даллес посчитал невозможным для США продолжать распутывать «арабский клубок» в то время, когда может состояться советское проникновение в регион, которое в итоге повлияет на мировой баланс сил в противостоянии капиталистической и социалистической систем.

Стремительное движение к Суэцкому кризису 1956 г.

Вторая половина 1955 г. показала, что весь Ближневосточный регион пришел в движение. Причиной тому было усиление внутрирегиональных трений и появление на карте региона принципиально нового игрока – СССР.

Какова была расстановка сил в регионе к середине 1955 г.?

Окончательно оформившаяся 3 ноября 1955 г. организация Багдадского пакта в составе Ирака, Турции, Великобритании, Пакистана и Ирана стала центром притяжения прозападных сил в регионе. Это побудило к активным действиям Египет, начавший проводить курс на построение альтернативной системы безопасности в регионе, противопоставляя себя в региональном масштабе Ираку.

Исходя из тезиса о «внутреннем» арабском фронте противостояния в регионе Насер приложил усилия к формированию союза государств, недовольных политикой создания Багдадского пакта. 2 марта 1955 г. делегации Египта и Сирии подписали договор о неприсоединении к Багдадскому пакту и об учреждении Арабского оборонного и экономического союза, который был дополнен 2 октября 1955 г. договором о военном сотрудничестве[15]. В общих чертах сирийско-египетский пакт и оборонная организация, которая была образована на его базе, по структуре и целям походили на организацию Багдадского пакта[16]. Уже 6 марта к действиям Египта и Сирии присоединилась Саудовская Аравия. Договоры ратифицированы 20 и 27 октября 1955 г. соответственно. 21 апреля был также подписан дополнительный договор о сотрудничестве между Египтом, Саудовской Аравией и Йеменом[17].

Важно понять логику Насера в этом вопросе. В беседе с Генри Буроэйдом, послом США в Египте, Насер говорил, что, по его мнению, Арабский Восток должен быть един для борьбы с общим врагом – Израилем. Однако создание организации Багдадского пакта «внесло сумятицу» в ряды арабов Ближнего Востока, затронув глубинные течения внутриарабского противостояния. По мнению Насера, Багдадский пакт ослабил арабов Ближнего Востока, поэтому тройственное соглашение Египта, Сирии и Саудовской Аравии – это не мера по противопоставлению Ираку, а мера по устрашению Израиля. Другой аргумент Насера заключался в том, что Багдадский пакт концентрировал оборонные усилия на севере, однако юг Ближнего Востока, по мнению Насера, мог также стать зоной советского вторжения[18].

Советский Союз действительно обыгрывал США на треке взаимодействия с Египтом. В июле 1955 г. руководство Египта приглашает советского представителя на празднование третьей годовщины Июльской революции. Москва делегирует туда руководителя Комитета по международным делам Верховного Совета СССР, главного редактора газеты «Правда» Дмитрия Трофимовича Шепилова. Обширный аналитический материал за подписью главы Отдела стран Ближнего и Среднего Востока МИД СССР Г.Т. Зайцева констатировал широкий спектр взаимных интересов СССР и Египта в области реализации проектов развития экономики Египта, привлечения новейших технологий и культурного обмена. Отдельным направлением сотрудничества, которое к середине 1955 г. находилось в зрелом состоянии, был вопрос поставок вооружений в Египет. «Египтянам был дан положительный ответ по этому вопросу, и в настоящее время идут переговоры о продаже Египту чехословацкого вооружения, производимого по нашим лицензиям», – резюмировал Зайцев. Демонстративное присутствие на торжественных мероприятиях в Каире видного представителя партийной элиты говорило о желании двух сторон показать вышедший на качественно новый уровень формат взаимодействия СССР и Египта.

Конкретным событием, убедившим руководство Египта в необходимости наращивания военного потенциала, стали вооруженные столкновения с войсками Израиля на территории подконтрольного Египту сектора Газа в сентябре 1955 г. В ходе боев египетские войска потерпели ряд поражений от вооруженных сил Израиля[19], хорошо укомплектованных французской и американской техникой.

В итоге в сентябре 1955 г. между правительствами Чехословакии и Египта был подписан торговый договор о поставках хлопка из Египта. «Троянский конь» (именно так называли контракт в западной прессе того времени[20]) фактически выступал прикрытием действительных целей контракта.

Договор о поставках оружия из стран социалистического лагеря нарушил монопольное право стран Запада на поставки вооружения в регион. Став следствием недальновидности Вашингтона в отношениях с некоторыми ближневосточными государствами и результатом конкретных шагов Насера, подписание контракта еще более дестабилизировало ситуацию в регионе, открыв путь к его стремительной милитаризации.

Для США это стало существенным ударом по их интересам в регионе. Фактически договор был первой реальной попыткой проникновения СССР на Ближний Восток, и это вызвало в Вашингтоне серьезную озабоченность[21]. Примечательно, что «проникновение» произошло именно на юге Ближнего Востока, а не на севере, где США и Великобритания так тщательно прорабатывали план обороны.

Более того, СССР продемонстрировал гибкий и прагматичный курс в отношении страны, официально являвшейся одним из столпов Движения неприсоединения[22]. Начало поставок оружия из Чехословакии объективно создало материальный базис для радикализации линии Насера в диалоге со странами Запада. Именно этого, судя по протоколам заседаний ЦК КПСС того периода, добивалось руководство СССР[23]. Правдивость этого вывода доказал и ход событий Суэцкого кризиса 1956 г.

В этих условиях курс Вашингтона по отношению к Каиру начинает постепенно ужесточаться. В октябре 1955 г. Даллес готовит доклад для закрытого слушания в Госдепартаменте, в котором излагает свое видение дальнейшей политики США на Ближнем Востоке. В докладе говорилось, что текущая ситуация в регионе требует создания сфер влияния Великобритании и США, дабы более эффективно пресекать попытки советского проникновения. В качестве мер по «усмирению» Египта госсекретарь предложил организовать экономическую блокаду Египта, перекрыв экспортно-импортные каналы с Англией и Суданом[24].

Одновременно с этим в Вашингтоне разрабатывался план конфронтации с Египтом – сирийско-египетский союз рассматривался как направленный откровенно против Багдадского пакта. Предвосхищая дальнейшее расширение сферы влияния Насера, в Госдепартаменте постановили, что усилия США должны быть направлены на удержание Иордании и Ливана в сфере влияния Запада[25].

24 октября 1956 г. военное давление Израиля на западном берегу реки Иордан вынуждает короля Хусейна заключить военный пакт с Египтом и Сирией. Вхождение Иордании в проегипетский лагерь окончательно зафиксировало существование двух противостоящих группировок государств на территории Ближнего Востока. Следует рассматривать события Ближневосточного кризиса 1956–1958 гг. в региональном ракурсе через призму существования внутрирегиональных трений. Именно их наложение на генеральный конфликт биполярного мира превращало его в конфронтацию с широким участием сторон.

[6] Foreign Relations of the United States, 1952–1954, IX, p. 21.

[7] Matthew F. Jacobs The Perils and Promise of Islam: The United States and the Muslim Middle East in the Early Cold War // Diplomatic History, Vol. 30, Number 4, September 2006, p. 733.

[8] Запись беседы посла СССР в Египте Д.С. Солода с премьер-министром Египта Г. Насером, 15 июня 1954 г. // АВП РФ. Ф. 087. Оп. 17. П. 34. Д. 5. Л. 190–192 // Ближневосточный конфликт: из документов архива внешней политики РФ. 1947–1967. Том 1: 1947–1956. М., 2003. С. 211–212.

[9] Запись беседы посла СССР в Египте Д.С. Солода с премьер-министром Египта Г. Насером, 8 июля 1954 г. // АВП РФ. Ф. 087. Оп. 17. П. 34. Д. 5. Л. 206–210 // Ближневосточный конфликт: из документов архива внешней политики РФ. 1947–1967. Том 1: 1947–1956. М., 2003. С. 214.

[10] The Times, March 23, 1954.

[11] The Middle Eastern Journal autumn 1954, Vol. 8, № 3, p. 259.

[12] New York Times, June 2, 1953.

[13] Foreign Affairs, Aug. 1953, p. 12.

[14] US Congress, The Committee on Foreign Affairs, The Arab Refugees and other Problems in the Near East, Washington, 1954, pp. 10, 14–15.

[15] British and Foreign Papers, 1955–1956, Vol. 162, L., 1965, pp. 430–535.

[16] The Middle East Journal winter 1956, Vol. 10, № 1, pp. 77–79.

[17] British and Foreign Papers, 1955–1956, Vol. 162, L., 1965, pp. 943–947.

[18] The Middle East Journal. Ibid., p. 75.

[19] Middle Eastern Affairs, May 1955, Vol. 6, № 5, pp. 145–146.

[20] The Economist, March 10, 1956, p. 587; Middle Eastern Affairs, Dec. 1955, Vol. 4, № 1, p. 376; The Middle East Journal, Autumn 1955, Vol. 9, № 4, p. 434.

[21] Foreign Relations of the United States, 1955–1957, VII, p. 185.

[22] Египет во главе с Г.А. Насером стал одним из ключевых игроков Движения неприсоединения, о возникновении которого было объявлено на Бандунгской конференции, состоявшейся в апреле 1955 г.

[23] См.: Президиум ЦК КПСС. 1954–1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления. Т. 1 / под ред. А.А. Фурсенко. М., 2004. С. 61, 71, 79.

[24] Foreign Relations of the United States, 1955–1957, VII. Ibid., p. 176.

[25] Ibid., p. 45.