Секретарша исчезла, а провидец снова повернулся ко мне:
— Нам нужно встретиться наедине, — прошептал он, его глаза нервно бегали по сторонам, словно он ожидал, что за нами могут следить. — В более безопасном месте.
— Нет проблем — сразу ответил я.
Понимал, что иногда уши бывают даже у стен.
Раевский взял со стола бумажку для записей, начеркал на ней адрес и протянул мне:
— Приходите сегодня в полночь. Один. Это место исключительно для провидцев, вроде «Чертяки» в вашем городе.
— Бывали в «Чертяке»? — поинтересовался я.
— Каждый раз захожу, когда приезжаю в Москву по делам, — Александр мечтательно улыбнулся. — Ваш бармен готовит лучший «Чёрный клинок» в империи, а Жанна — это просто нечто.
— Да уж, — скривился я и уточнил, приподнимая записку: — Надеюсь, здесь нет трудностей со входом? При первом визите в «Чертяку» мне пришлось потрудиться.
— Никаких трудностей, ваше благородие. Провидцев в нашем городе по пальцам можно пересчитать, мы и открыли этот бар. Встречу вас на месте, — пообещал Раевский.
Когда я вышел из кабинета, в голове крутились мысли о том, что это за информация, которую он не захотел обсуждать в отделении. И почему он так нервничал… Должны быть для этого весомые причины.
Первое, что приходило в голову — конечно же, Конгрегация. Думаю, я прав в своём предположении, потому что ничего другого и представить-то не получалось.
До полуночи бродил по Владимиру, раз за разом анализируя ситуацию и пытаясь найти ответы на вопросы.
Я позвонил Полине, но разговор был коротким и деловым. Затем поговорил с Дмитрием — у них не было новых зацепок, только неутешительные новости о росте числа заражённых.
Зато я хотя бы сумел порадовать сестру, когда сказал ей, что Феодор за решёткой и скоро мы с ним будем в Москве.
— Спасибо, Гриша, — прошептала Анастасия, и в её голосе я услышал облегчение. — Ты не представляешь, как мне стыдно…
— Всё в прошлом, — успокоил я её. — Скоро вернём ожерелье, и ты сможешь забыть об этом мерзавце.
Туман сменился моросящим дождём, превратившим мостовые в чёрные зеркала. Вспомнил, как в прошлой жизни ненавидел такие дни — настроение всегда падало ниже плинтуса. Теперь же холод лишь обострял чувства, заставляя эфирные потоки вокруг пульсировать ярче.
Раевский встретил меня у входа в бар для провидцев под названием «Старый Дом». Это было неприметное здание в историческом районе города, и снаружи на него была наложена иллюзия: здание выглядело заброшенным, висела табличка «Под снос», а специальные печати были призваны внушать людям страх.
— Рад, что вы пришли, барон, — произнёс Александр, пропуская меня внутрь. — Здесь нам никто не помешает.
Внутри всё было далеко не так, как казалось благодаря иллюзии. Похоже, здесь ещё в давние времена был трактир, и интерьер остался прежним, лишь наличие кондиционеров и холодильников немного портило аутентичность.
В зале царил полумрак, и воздух был наполнен запахом благовоний. За столиками сидели провидцы, погружённые в тихие беседы, их было всего пятеро. Из окон открывался чудный вид на набережную Клязьмы.
Мы уселись за стол в углу. Вместо стульев здесь были бревенчатые скамьи, которые оказались неожиданно удобными.
Официантка, девушка с ярко-синими волосами и татуировками в виде рун на запястьях, принесла меню. Её аура переливалась всеми цветами радуги, что говорило — перед нами не совсем человек. Девушка двигалась плавно, словно скользя по воздуху, и каждый её шаг сопровождался едва заметным свечением.
Я не стал уточнять, кто она такая. Любопытство было бы неуместным. Хотя, судя по цвету волос и некоторым структурам в ауре, мог предположить, что она как-то связана с водой.
Раевский заказал пиво, ну я решил обойтись чаем. Пока несли заказ, мы поболтали ни о чём, поделились, как нам обоим работается в полиции. Я вкратце рассказал Александру, как вообще стал провидцем, и он восхитился моим упорством.
— Правильно сделали, Григорий. Если бы дар достался кому-то из ваших братьев, они бы точно не пошли работать в полицию, — кивнул он.
— Вы правы, — согласился я.
Официантка подошла и поставила перед ним пиво, а передо мной — стеклянный заварочный чайник, в котором кружились крохотные эфирные вихри, и чашку.
— Спасибо, — сказал Раевский и проводил девушку взглядом, делая глоток пива. Как только она отошла, он понизил голос и сказал: — Перейдём к делу, Григорий.