— Это вообще твоё дело? — резко спросил он.
— А ты думаешь, у тебя есть своё дело? Ты метаешься, как пёс за каждой палкой, что тебе бросят, и носишь её туда-сюда, — спокойно парировал Мэтью.
Михаил приблизился к нему и навис над столом.
— А ты плут, что манипулирует людьми в своих интересах! — выпалил он.
Мэтью поднялся из-за стола во весь рост и упёрся лицом в Михаила.
— Ты тридцатипятилетний мальчуган, который играет в игру и не знает своего места. Сядь и успокойся, — жёстко произнёс он.
Михаил оттолкнул Мэтью обратно к стулу, но тот удержался, заняв боевую стойку. Рефлекторно Михаил нанёс удар, целясь ребром сжатой ладони в висок Мэтью, как учили на тренировках. Мэтью ловко увернулся, резко сместив центр тяжести, и оказался сбоку от Михаила, заняв более выгодное положение в тесной комнате.
Михаил сделал шаг в угол, чтобы освободить пространство для следующего удара, но быстро прикинул, что не успеет. Он оттолкнулся телом от стены и резким движением отбросил Мэтью к центру кабинета, выигрывая себе больше пространства для манёвра.
Мэтью, скользнув по полу, только улыбнулся.
— Ну давай! Нападай.
Но ярость Михаила уже стихла. Он почувствовал себя крайне глупо.
— Остыл? Садись. Поговорим, — сказал Мэтью.
Он подождал, пока Михаил сядет, а затем неспешно вернулся к своему стулу и уселся напротив.
— Твоя девка, наверное, хорошо обслуживает тебя в постели, раз ты решил за неё вмазать своему единственному другу, — пошутил Мэтью.
Михаил не оценил шутки и гневно посмотрел на него.
— Ладно, не будем, — вытягивая руки вперёд в примирительном жесте, уже мягче сказал Мэтью.
— О чём ты хотел поговорить? Я решил не заставлять тебя ждать пятнадцать минут и застать тебя врасплох. Давай, выкладывай, что у тебя там в голове творится.
Михаилу не нравился задиристый тон Мэтью. Но он всегда был таким. Понадобилось время и усилие воли, чтобы усмирить задетую гордость, которая с самого утра испытывала его терпение.
— Что стало с предыдущими испытуемыми? — наконец спросил Михаил.
— Что, наслушался страшных сказок от инспектора по этике искусственного интеллекта? Твои коллеги были более сдержаны, — усмехнулся Мэтью.
— А может, более наивны? Я видел документы по другим проектам, и в некоторых из них есть твоя фамилия.
— Да, я многосторонне развитый человек. Ты не знал? — с издёвкой ответил Мэтью.
— Давай без шуток.
— Не будь дураком. Ты думаешь, реально было бы проделать то, что мы тут делаем, без долгих лет исследований и жертв? Когда речь идёт о нейропластике, жертвы неизбежны. Каждый знал, на что шёл. И ты, когда подписывал бумаги, подписался под любым исходом.
— И я хранил молчание и ваши секретики. Может, и вам стоит проявить больше доверия, чтобы мне не приходилось копаться в ваших тряпках без вашего ведома, — перешёл на тон Мэтью Михаил.
— Ну хорошо. Разве я когда-то не отвечал на твои вопросы? Может, ты их просто не задавал. Ты подумай, — спокойно сказал Мэтью.
Действительно. Михаил метался из стороны в сторону, но не проявил должного доверия, чтобы расспросить о секретах напрямую. С другой стороны, Мэтью ещё в самом начале дал понять, что не стоит копаться в секретах Института, и такие расспросы были бы неуместны.
Он опять поймал себя на чувстве вины и начал понимать смысл этой игры, целью которой было давление на его чувства.
— То есть это я виноват? — спросил Михаил.
— Ну не я же. Я делаю свою работу, ты — свою. Не будем искать здесь виноватых, — спокойно ответил Мэтью.