— Кто это?
— Альма Латвик — ваша клиентка. Иногда вы ремонтируете ее машину.
— У меня не частная лавочка, а государственное учреждение.
— Тем не менее вы иногда выручали своих друзей.
— Я не знаю никакой Латвик.
— А с Вахтангом Хуцишвили знакомы?
— Нет.
— Но вас часто видели в пивном баре кафе «Росток».
— Мало ли с кем рядом можно оказаться в баре.
— Значит, вы незнакомы?
Курик молчал, всем своим видом выражая возмущение.
— Так знакомы или нет?
— Слушайте, — сказал Курик, — у вас будут неприятности. Я вам это гарантирую.
— Ничего. От неприятностей никто не застрахован. Вы не ответили на мой вопрос.
— Вы что, будете всех жителей Риги перечислять? Нет, не знаком.
— Но в ноябре вы вместе с ним летали в Тбилиси.
— Еще что вы мне припишете?
— В Тбилиси гостили у его брата. Было?
— А что из этого следует? Почему я должен вам рассказывать, с кем знаком, с кем не знаком? Какое ваше дело? Почему вы вмешиваетесь в мою личную жизнь?
Скрастиньш слушал его и думал: «Этот человек чувствует себя всесильным, потому что ему доверили руководство автохозяйством. У него в руках дефицитные запчасти, его приказам подчиняются опытные мастера. Он может кому-то сделать одолжение — отремонтировать вне очереди машину, и человек становится ему благодарным. Автосервис дефицитен, вот почему Курик, этот проходимец, чувствует себя неуязвимым. Он думает, что выйдет из прокуратуры, позвонит влиятельному человеку, который у него «одалживается», и тот прикажет Скрастиньшу не обижать бедного, отзывчивого Курика».
— Меня совершенно не интересует та сторона вашей личной жизни, которая не идет вразрез с общественной, — сказал Скрастиньш. Но меня интересует такой факт: вы продали Альме Латвик фальшивые водительские права на имя Туритиса и несколько талонов предупреждений.
— Это неправда!
— Правда, и произошло это на улице Скарню, в квартире вашего знакомого Миркина.
— Неправда! — повторил Курик, и глаза его трусливо забегали. — Она врет.
— Где вы взяли водительские права?
— Говорю вам, это неправда!
— Мы устроим вам с Латвик очную ставку. И с гражданином Васильевым тоже.
— Не знаю я никакого Васильева.
— Правильно, не знаете. Он позвонил вам, и вы к нему на улицу Суворова направили вашего приятеля Анатолия Богданова. Тот продал ему водительские права и талон предупреждений. Где вы взяли бланки?
Курик молчал, мучительно обдумывая положение.