Следователи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Следователь рассмеялся.

— Поразительно! Откуда такая уверенность, что сотни лет великие мастера создавали свои великие творения специально для вас? Не велика ли честь, Бельский? Вы разочаровали меня своим примитивным эгоизмом. К тому же дело вовсе не в этом. Ведь вы даже сейчас не откровенны с самим собой. Вы боитесь назвать истинную причину своего падения, объясняете его невинным и, в общем-то, понятным, естественным для каждого человека желанием хорошо и красиво жить, иметь возможность, как говорится, полностью удовлетворять свои не только материальные, но и духовные запросы. Ну, а что же все другие люди? Разве им не хочется красиво одеться? Иметь хорошие вещи? Дарить друзьям и любимым дорогие подарки? Помогать своим старикам и детям? Или у них не бывает долгов, трудностей? Почему же они не воруют для этого? Боятся? Нет. Вы сами признаете, что страх перед наказанием не остановил вас. А что же тогда останавливает их? Только одно, Бельский, — надежные, добрые и старые, но не устаревшие, как вы пытаетесь доказать, понятия: совесть и честь. Поверьте — все на земле держится тем, что большинство людей — честные люди.

Бельский криво, уголком рта улыбнулся, пытаясь выразить презрение.

— И кстати, — добавил Агафонов, — у вас ведь и не было необходимости красть. Все, что нужно для нормальной человеческой жизни, вы вполне могли бы приобрести честным путем.

Он полистал одну из папок с материалами дела, нашел какие-то листки, вынул их и положил перед Бельским.

— Что это?

— Это справка о ваших доходах. Законных. Видите, здесь все учтено. Зарплата у вас была высокая, вы регулярно получали большие премии, ценные подарки. В чем же дело?

— Разный уровень запросов, видимо. Одному достаточно иметь «Школьную библиотеку», другому...

— Бросьте, — жестко прервал следователь. — Какой вы отчаянный книголюб, я знаю. Во время обыска я изучил вашу библиотеку. Она, конечно, прекрасна и дорога. Но безнадежно мертва. В ваших книжных шкафах такой убийственный порядок...

— Что же в этом плохого?

— То, что ни одна книга, кроме тех, в которых вы прятали деньги, никогда не покидала своего места на полке, не была раскрыта ни разу. Это не библиотека, Бельский, — это капитал, запасы про черный день. Ну, и престиж. И так практически во всем. Вы не ценитель прекрасного, каким хотите казаться, вы — примитивный алчный человек, стяжатель. Нажиться любым путем, всеми средствами — вот смысл и цель вашего существования в последние годы. Сколько бы ни украл — все мало, у кого бы ни украл — не стыдно, схватили за руку — есть страх, досада, но нет и, видимо, не будет раскаяния.

Бельский молчал.

— Ответьте мне еще на один вопрос: о каком-таком пятом периоде вы как-то обмолвились на допросе?

Бельский горько усмехнулся.

— Это сугубо личное. Но, не желая окончательно портить с вами отношения, я скажу. К тому же, возможно, это пойдет кому-то на пользу. Придется только вернуться на много лет в прошлое. Не беспокойтесь, вы не услышите длинной повести о моем трудном детстве — я расскажу ее суду, может быть, он примет во внимание эти печальные обстоятельства и сочтет их достаточно вескими для смягчения приговора. — Бельский попросил сигарету и откинулся на спинку стула — это была его любимая поза. — С той поры, как я занял ответственный пост управляющего базой — да будет проклят этот день, — я различаю в своей жизни четыре периода. Первый, самый длительный, — когда я с искренним негодованием оскорблялся на предложение взятки и без сожаления, более того, с глубоким удовлетворением отвергал ее. Второй, немного короче, — когда я делал это с трудом и уже сожалел о том, что приходится выставлять за дверь человека, предлагающего мне деньги за услугу. Третий — я начал брать, когда мне предлагали, и стремительно пришел к четвертому — сам стал требовать...

— А теперь наступил пятый период? Период расплаты и раскаяния?

— Насчет раскаяния — не знаю. Что касается расплаты, это верно. Знаете, я сейчас все чаще вспоминаю свой первый шаг, как говорится, по наклонной плоскости. И все больше убеждаюсь: он был случайным.

— Прекрасно. Мне нравится ваш оптимизм. Это защитная реакция, да?

— Не иронизируйте. Все действительно началось случайно.

— Зато кончилось закономерно, — не удержался следователь.

— С вашей точки зрения. Будь я осторожнее, а вы — поглупее, сидеть бы мне сейчас не здесь, а в любимом ресторане, в обществе прекрасных и доступных женщин.

— А вы не могли быть осторожным. Аппетит-то рос, жадность развивалась. И каждый раз, небось, думали: все, это последний кусок, больше нельзя, пора остановиться, опасно. Ан нет, как же можно! Само в руки плывет.

— Тут вы правы. Есть у меня один знакомый. Большие дела делал. Но меру знал. Нахватал, обеспечил себя и внуков и сказал, как образумившийся пьяница: все, завязал. И завязал. Сейчас он на пенсии, живет спокойно и припеваючи.

— Вы имеете в виду гражданина Семушкина?

Бельский промолчал, но удивления скрыть не смог.

— Ну, не так уж спокойно и припеваючи он сейчас живет. Он тоже под следствием.

— Докопались?

Следователь кивнул:

— И вполне закономерно. Так что не вините случай, вините во всем себя.

— Ну, в моей жизни все-таки сыграла злую шутку именно случайность. Род моей служебной деятельности потребовал, чтобы я вошел в соответствующий общественный круг, клан, если хотите, куда входят совсем другие люди, живущие совершенно иначе.