Тёмный взгляд надо мной. Очень серьёзный.
- Верю. После всего, что увидел и услышал – я тебе верю.
Долго молчит. А потом добавляет:
- Извини меня. Я был, пожалуй, слишком суров к тебе. И прости, если напугал.
И тут вдруг у него снова меняется настроение. В синих глазах снова заплясали лукавые огни. Я поняла, что открываю для себя ещё одну черту его характера – он только кажется таким суровым. А сам – любит повеселиться. Правда, в последнее время большей частью за мой счёт.
– Фиолин! А вот скажи. Значит, если не из корысти, то давай-ка поподробнее. Почему именно я? Что-то я не совсем разобрался…
Бьёрн склоняется ниже и проводит носом по моей шее, снизу вверх.
О-о-ох…
Я задыхаюсь и в который раз пытаюсь вывернутся из крепких рук. В который раз безрезультативно.
Чтоб отстал, принимаюсь нести первую попавшуюся чушь.
- Понимаешь… ну… в деревне никто не хотел брать в жены бесприданницу… просто ты был первый встречный, кто не знал об обычае… и взял у меня чашу…
О слухах про моё проклятие решаю благоразумно промолчать. А то мало ли, вдруг он суеверный. Как-нибудь потом скажу. Пока боюсь, очень! Мне сейчас слишком, подозрительно хорошо. И так страшно, что это всё сон – и я проснусь снова одна. Без него. Подумалось вдруг – одиночество можно выносить, только когда не знаешь, как может быть по-другому. Если меня сейчас бросить в это одиночество снова, как котёнка за шкирку на мороз… я, наверное, замёрзну насмерть.
- Первый… встречный?
Он снова приподнимается, упирается в моё лицо удивлённым взглядом. Молчит какое-то время… а потом откидывает голову и принимается хохотать.
Смотрю на него с удивлением.
Не поняла. У парня что, на почве всех событий нервы сдали?
А он ухахатывается с таким задорным мальчишечьим смехом, что у меня на душе почему-то теплеет.
- Нет… нет, ну ты даёшь… - выдавливает из себя в перерывах между взрывами хохота. - Вот это удар по моему самолюбию! Первый встречный, оказывается!..
Ну чего он?..
Терпеливо пережидаю, пока отсмеётся.
А потом на всякий случай всё-таки уточняю:
- Вот. Теперь ты все мои причины знаешь. Скажи, ты… всё равно согласен на договор?
Он, помедлив, кивает.
Я выдыхаю с облегчением.
- Ну, тогда надо будет выполнять… как-нибудь потом! - поспешно добавляю, увидев, как вспыхнули синие глаза.
А Бьёрн отвечает, окинув меня скептическим взглядом:
– Ты же вся сжимаешься подо мной и дрожишь, как заячий хвост! Ты как его вообще собралась выполнять?
Он проводит ладонью по моему плечу, как бы невзначай задевая край ткани и стягивая её вниз. Сердито дёргаю плечом и стряхиваю настырную руку. Поправляю рукав обратно. Заявляю решительно:
- Ничего! Я зажмурюсь и как-нибудь потерплю!
В ответ стены моей несчастной избушки сотрясает очередной взрыв хохота. Развалятся скоро такими темпами, наверняка.