И ведь не поспоришь.
Но бабушка уверена, что Бог не такой. Ее Бог – не вредный старец, глумящийся над людьми. Бабушкин Бог в людей до последнего верит и поддерживает даже самого ничтожного, выменявшего жалкую свою душонку на земное и преходящее.
Это Владимир Владимирович привнес свое, а может, спутал с кем Бога.
Нет, не Маяковский. Мне бы его громогласность, его умение приковать взгляды, сжать толпу в кулак и не разжимать, пока не прогремит последнее слово.
Последнее слово всегда остается за поэтом.
Все толки и пересуды, критика и колкости – все это мелко, удел людей маленьких, не оставляющих след в истории.
Поэт шагнул, за ним засеменила толпа. Поэт сказал – толпа повторила.
У поэта должен быть голос. У меня его нет. К чему тогда страдания?
За два месяца в деревне Клара ни разу не написала (да и я хорош, мог бы написать первым).
Настроения упаднические. Откуда во мне столько пессимизма? Пустое существование. Писать некому, уроки учить не нужно, образовалось слишком много свободного времени, которое нечем заполнить.
Я бы предпочел, чтобы мой распорядок дня оставался неизменным, чтобы ничего не менялось годами. К счастью, лето скоро закончится.
Должно быть, я единственный школьник, который тяготится свободой.
Освободился от предрассудков. Finita la comedia! [27]
Читал Шекспира. “Мне, бедняку, все царство – книги”[28]. И в самом деле: к чему все эти романтические настроения. Книги – вот чему я посвящу свою жизнь. Да что я нашел в Кларе? Зачем возвел ее на пьедестал?
Обещал себе больше не думать о ней. Обещать легко, а на деле… “И величайшие клятвы – солома, когда горит огонь в крови”[29].
Шестнадцать лет.
“Ты не хлеб, не палка, и не нужно тебя никому”, – так говорил старый цыган Макар Чудра.
“А ты можешь научиться сделать людей счастливыми? Нет, не можешь”. И никто не может. Пора уже свыкнуться с этой мыслью.
Под впечатлением от встречи с Колей. Как меняются люди! Огорошил нас с Алеком.
– Я летом с женщиной был.
– Да ну!
– Двадцать лет, замужем.
– Врешь!
– Иначе не комсомолец.
– Вот дела… – присвистнул Алек.
– Но это в прошлом, – отрезал Коля.
– Чего так?
– Старовата.
Я решил вывести Колю на чистую воду.
– Где вы встречались?
[27] Предполагается, что эту фразу герой знает после прочтения “Героя нашего времени”.
[28] Уильям Шекспир. Буря. Слова Просперо (акт I, сцена II).
[29] Там же. Слова Просперо (акт IV, сцена I).