Дорогая Клара!: читать начало книги онлайн

Мне бы хотелось повеселить тебя, да настроения не те. Сложно целый день с бабушкой. Такие странные вещи она творит. То утюг на плиту поставит, то вещи из окна выбросит. А вчера, пока я купалась, вышла из дома, хотя ей запрещено ходить одной. Как я перепугалась! Соседка привела ее обратно. Она только вышла из подъезда, сразу же потерялась.

Бабушка Алевтина не всегда была такой. Она одна маму воспитывала, сама управляла гостиницей, была и за хозяйку, и за кухарку, когда придется. Мама бабушкой так гордится! И я помню бабушку другой – всегда при деле, с гордой осанкой, волосы аккуратно убраны.

Я мечтала, что вырасту и стану такой же, как бабушка. И никто мне будет не указ! Буду сама зарабатывать на жизнь, ни от кого не зависеть. И замуж не пойду. Зачем мне муж? Мама всегда с папой советуется, прежде чем сделать что-то важное. Если он против, она отказывается от задуманного. Мне советчики не нужны!

Да что я все не о том. Ходили с Гертрудой в парк, долго сидели у пруда. Гертруда предлагала идти дальше, но я завороженно смотрела, как утки плещутся и поочередно влезают на корягу. Вот подплыли две утки, переглянулись между собой, кому вперед лезть. Знают ведь, что место есть только для одной. Одна взобралась на затонувшую ветку, уткнулась клювом в грудь, почесала живот, бока, спину.

Возле коряги образовалась очередь. Утка юрко спустилась в воду, на корягу забралась другая. Та же процедура. Намочить клюв, почистить покрышки. Селезень с синими перьями – красавец. А как извернулся!

Я готова была просидеть так весь день, но Гертруда сказала, что нам пора.

Одну меня никуда не отпускают. Я устала твердить, что мне пятнадцать, я уже не маленькая. Мама считает, что с моей легкомысленностью со мной непременно что-то приключится. Скорее бы домой.

Клара

Случился у нас с бабушкой великий спор. В который раз на мои жалобы бабушка ответила фразой: “Иисус терпел и нам велел”. Очень не нравится мне, что бабушка всюду приплетает Бога. И отказывается смотреть на вещи с позиции логики.

Призвал ее рассуждать здраво. Если Бог может все, зачем ему причинять страдания собственному сыну? Он либо жестокий, либо вовсе не всемогущий.

Бабушка злится и говорит, что я ничего не понимаю. К Богу из головы не прийти, только сердцем.

Пятнадцать лет.

Я родился в августе, когда все на дачах, в пионерских лагерях и в деревнях. В день рождения особенно остро ощущаю одиночество. Хочется вычеркнуть этот день из календаря. Восемнадцатое число и следом двадцатое. Как было бы хорошо.

Для чего я родился на свет? В чем радость существования? Разве не в том, чтобы чувствовать связь с другими? Все мы винтики в огромном механизме…

Нередко в минуты душевного упадка представляю собственные похороны. Кто бы плакал по мне? Только бы раньше бабушки не умереть, иначе ее сердце не выдержит.

Странно это – не жить. Никогда больше не глядеть в окно, не читать книг, не чувствовать, не касаться. А что, если смерти нет? Есть только жизнь – бессмысленная и безысходная.

Клара вернулась. После трех месяцев разлуки заново с ней знакомлюсь.

Вчера она зашла за мной, и мы отправились на пляж. Долго шли по горячему песку подальше от загорающих, пока Клара не произнесла: “Здесь!”

Я расстелил покрывало и сел. “Ты что, и купаться не будешь?” Зеленая Волга не вызывала ни малейшего желания заходить в воду. “Посмотрим”. “Смешной! Зачем тогда пришел?”

Клара отошла всего на пару метров, повернулась ко мне спиной, стянула трусы под юбкой, натянула низ купального костюма. Я должен был отвернуться, но стоял и смотрел как завороженный. Юбка соскользнула по бедрам к щиколоткам.

Она расстегнула блузку, вытащила руки из рукавов, дотянулась до застежки бюстгальтера, расстегнула его и бросила на траву. Натянула верх купального костюма и резко повернулась ко мне. Я не успел отвести взгляд. Должно быть, выражение лица у меня было глупое, потому что Клара рассмеялась.

– Витька, ты чего?

И бросилась к реке.

Я остался сидеть на берегу. Мне было неловко переодеваться в плавки. Вдруг Клара заметила бы… Я сидел и порывисто дышал.

Пытаясь отвлечься, бросал камни в воду.

– Иди сюда, – кричала Клара.

Она вышла из воды. Через мокрый купальник проступили очертания груди. Я готов был провалиться сквозь землю.

– Ну, ты чего расселся? Вода теплая, пойдем!

И потащила меня к Волге.

Я купался как есть. В рубашке и брюках.