— Но, надеюсь, ее-то ты ему не показывала?
Она даже испугалась. Так сердито глядел на нее Жюльен! Она заколебалась, затем чуть слышно шепнула:
— Он сказал, что хорошо. Очень хорошо. Но на хлеб, конечно, этим не заработать.
Она не кончила. Жюльен громко рассмеялся. Рассмеялся каким-то хриплым смехом, от которого матери стало больно.
— Нечего сказать, удружила! Вот, верно, папаша Грюа обхохотался. Верно, за дурака меня счел.
— Глупый ты мой взрослый сын, как ты плохо знаешь людей… Как ты…
Она не докончила. Отец показался из-за угла дома и шел к ним.
— Вон отец идет, — шепнула она. — Главное, не говори глупостей.
Жюльен положил вилы. Отец остановился перед парником. Постояв немного, он повернулся в их сторону, казалось, он раздумывал.
— Пойди к нему, — шепнула мать.
Они направились к отцу. Жюльен подошел к нему, обнял, сказал:
— Здравствуй, папа. Как жизнь?
Отец покачал головой и указал на пустой парник и большую кучу черного перегноя:
— Во всяком случае, управился ты скоро. Сразу видно, что тебя одышка не мучает.
— Я хотел за второй приняться, но мама не велела.
— Лучше подождать и покончить сперва с одним, — сказал отец. — Мать права. Надо бы навоз привезти, этим сейчас и займемся.
— Но ему, верно, хочется есть, — заметила мать.
— Нет, я не голоден, — сказал Жюльен.
Он пошел к колонке, опрокинул в яму тачку с травой, затем повез тачку в самый конец сада, к навозной куче под ореховыми деревьями.
Отец снял шерстяную куртку. Мать подошла к нему.
— Ишь какой он здоровый, — сказала она.
— Да. Как будто сильный. Только бы не отлынивал от работы.
Некоторое время они следили за сыном, который накладывал навоз. Затем мать повернулась к отцу. Он все еще глядел хмуро. Лоб под козырьком каскетки был насуплен, щеки все в морщинах, глаза из-за солнца прищурены. Когда Жюльен наложил полную тачку, отец пошел к крольчатнику.
— Пойду принесу другие вилы, — сказал он матери. — Пусть выложит навоз, а я разровняю.
Мать пошла вместе с ним. Она обдумывала свои слова и, когда отец, положив вилы на плечо, повернул обратно, сказала:
— Вот если бы он остался дома на несколько дней, ты бы не так надрывался и работа бы очень подвинулась.
Отец внимательно посмотрел на нее. Взгляд у него был еще хмурый, и все же матери показалось, что лицо его несколько разгладилось, когда он сказал:
— Ну что ж, посмотрим. Не знаю.
Она следила за ним взглядом, пока он шел по дорожке, видела, как он перешагнул через доску в парник. Она еще боялась радоваться, но ей уже казалось, что возвращение Жюльена будет менее тягостно, чем она ожидала.
21