Мужчины переглянулись, и Дюреле решил вмешаться.
— Но, господин Дюбуа, вы не так истолковали наш приход, — сказал он. — Мы просим вас об одолжении и отлично знаем, что вы можете нам отказать. Это ваше неотъемлемое право.
Отец, который только что выпрямился, опять наклонился и оперся на ручку заступа.
— Понимаете, если бы дело касалось только нас, — снова начал Дюреле, — мы бы рассуждали точь-в-точь, как вы. Но ведь у нас в доме живут женщины и дети. И если случится беда, не хочется чувствовать себя виноватыми.
— Беда… Какая там беда, — проворчал отец. — Не могут же боши бомбить наш город…
Мать вздохнула с облегчением: лицо мужа уже немного разгладилось.
— Надо понять… — опять начал Дюреле.
— Я понимаю, — сказал отец. — Я отлично понимаю, что вы перероете мне весь сад.
— Не преувеличивай, Гастон, — сказала мать. — Всего несколько метров.
— Знаете, если случится бомбежка, сад еще и не так изуродуют, — заметил Робен.
Голос отца снова стал резким.
— Пока что бомбежка нам не угрожает. А потом, я не люблю, когда ко мне приходят с требованиями…
— Но мы ничего не требуем… — попытался оправдаться Дюреле.
— Нет, требуете, а я этого не люблю…
Дюреле беспомощно развел руками.
— В конце концов, если вы не хотите, что ж делать… — пробормотал он. — Надеюсь, вы хоть не сердитесь?
Отец минутку колебался, затем махнул рукой, словно говоря, что ему на все наплевать, повернулся и пошел прочь, буркнув:
— Э, да в конце концов делайте, что хотите. По моим силам мне хватит работы и на той земле, что останется!
Все смотрели, как он быстро зашагал к сараю и скрылся за ним. Тогда мать обратилась к соседям.
— Когда вы думаете начать? — спросила она.
— Мы хотели приняться за работу завтра, — сказал Дюреле.
— Можно и на такой манер отпраздновать троицын день, — заметил Робен.
— Да, правда, завтра троицын день, — вздохнула мать. — Боже мой, что за жизнь пошла!
— Надо еще раздобыть, чем работать, — сказал один из мужчин, — у меня в сарае только одна лопата.
— И у меня тоже, — сказал Робен.
— С тем, что у нас есть, хватит, — заметила мать. — Пусть это вас не смущает.
Они поблагодарили и снова сказали, что щель нужна не только для тех, кто ее выроет, но и для семьи Дюбуа.
— Да и сын вам поможет, — обещала мать.
Жюльен кивнул головой, впрочем, не очень уверенно.
Робен заказал матери цветы к завтрашнему дню и кролика к четвергу. Затем все пятеро соседей ушли.