– Ветер?
– Да. Никакого ветра, конечно, не было, но ощущается именно так. Скорее всего, охранник засек по камерам. Увидел крысу верхом на коте, и его убогий мозг не смог найти объяснение. Теперь будет думать, что померещилось. Благо, перемир вышвырнул нас почти сразу. А швырнуть может куда угодно. На дно океана, в скалу, под поезд… Если не поймать момент, рискуешь улететь в один конец.
До меня лишь сейчас дошло, что слышу его речь отчетливо. А ведь не должен. Мы на гигантской машине, грохочет оркестр моторов, камни рвутся, тонны породы обрушиваются на конвейер. Я не должен слышать даже свой голос. Гул исполинского агрегата пробирает до дрожи, но желание закрыть уши не вызывает. И не мешает слышать спокойный голос Ласта. Как будто мы под невидимым куполом.
– Машина и впрямь заглушает другие звуки, – говорит крыс, – но я огородил нас от шума.
– Ты еще и мысли читать умеешь?
– Бывает… Здесь я умею всякое, от случая к случаю. Видишь ли, это место – мой даймен. Наверное, один из самых сильных.
Даймен… Где-то я уже слышал это слово…
Ах, ну да! На крыше. Его употребила смуглая азиатка, после того как от нее ускользнула в перемир моя рыжая спасительница. А потом я и сам едва унес лапы. Не в перемир, а так, по старинке. И как только сбежал, ума не приложу!
Крысиный хвост изогнулся полукольцом в развороте, серая усатая стрелка мордочки теперь обращена ко мне.
– Даймен, – заговорил Ласт, – это место, с которым тебя связывают светлые воспоминания. Где с тобой произошло что-то хорошее. Такое место делает сильнее.
– В каком смысле… сильнее?
– Людям дает только душевный подъем, а вот нам, детям перемира… В даймене можно стать сильнее буквально. Можно стать быстрее, ловчее. Летать, проходить сквозь стены, поджигать взглядом, что угодно… Часто и не знаешь, на что способен в даймене. На каждого его место действует по-своему.
– Прям какая-то магия.
– Верно… Да ты и сам успел поколдовать в своем даймене.
– Я?
– Тот скверик, куда ты сделал первый прыжок сам… твой даймен. Забыл, как быстро мы обсохли после фонтана?
Я задумался.
– Да, тоже показалось, что быстро. Но я думал, солнце…
– Было раннее утро, солнце еще толком не грело. А мы были мокрые насквозь. Но ты хотел, чтобы мы высохли, и даймен тебя услышал… Вот только все эти чудеса можешь совершать, пока ты в даймене. Стоит его покинуть, и…
– Понял.
– Надеюсь. Важно, чтобы ты усвоил. Если тебя припечет с кем-нибудь подраться, лучший способ победить – заманить противника в свой даймен. И уж точно никогда – слышишь, никогда! – не дерись с врагом в его месте. Это может стоить тебе жизни.
– А как узнать чужой даймен?
– В том-то и дело… У нас не принято рассказывать о дайменах друг друга. Каждый старается держать свои места в секрете. Но ты меня спас. Так что знать один мой даймен заслуживаешь. Да и я теперь знаю твой.
Мы помолчали, глядя на хоровод ковшей, после чего я сделал вслух вывод:
– Да уж… Думал, попал в райскую жизнь, а выходит, и в раю есть ловушки, которые надо избегать.
– Ловушек у нас хватает. Можно, например, попасть в перешторм.
– А это что?
– Такое перемирное явление. Никто не знает, из-за чего оно случается, но известно, что жертвами перешторма становятся те, у кого очень много дайменов. Этих бедняг начинает неуправляемо швырять из даймена в даймен. И скорость прыжков возрастает. Они становятся столь быстрыми, что угодивший в перешторм начинает быть во всех дайменах одновременно и, в конце концов, в них растворяется. Исчезает бесследно…
С ковшей сыплется земля. Нас каким-то образом облетает стороной, наверное, Ласт тому причина, но кожух вокруг усыпан зернами породы. Те дрожат, пронизанные вибрацией, а в лучах полумрака клубится пылевой туман. И в этом буром дыму над нами проплывает дуга железных ртов, они срыгивают тонны земли куда-то во мглу, сами в ней исчезают, но возникают новые, и гудящий круговорот ртов, повторяясь вновь и вновь, вязнет в вечности, как в смоле. Гляжу зачарованно, и кажется, что это пожирание планеты началось когда-то в древности. Пройдет тысяча лет, человечество сгинет, а колесо ковшей будет так же вращаться во мгле, как небесное тело…
– Как такое место вообще стало твоим дайменом? – спросил я, не в силах оторвать взгляд.