Квартирный скандал перебудил весь квартал - стихотворение прямо на карандаш для Гастрыча. Преследуемый фотовспышками, Амбигуус-младший понесся на кухню; отец оторопело протопотал за ним. Отдернули занавеску. Их глазам предстало правосудие во всем великолепии Фемиды: десяток милицейских машин с маячками и собаками, белый фургон. В этот специальный фургон заталкивали Куккабурраса - он же Эл-Эм, Палл-Малл, Поймал, Паммал и Мувин. Одноглазый извивался, скрючиваясь и прикидываясь немощным пуще прежнего. Он орал и визжал на весь двор, что никто не имеет права, что у него первая группа инвалидности, что он поднимет все зоны на бунт, и требовал себе какой-то леденец. Который спецназовцы со смехом предлагали ему тут же, на месте.
- Жадность фраера сгубила - вот показательнейший образчик, - откомментировал происходящее Зазор, обмахиваясь фуражкой из-за спертости воздуха. - Вы только гляньте: десять здоровых лбов не могут с ним справиться.
Действительно: Куккабуррас раскорячился и мешал погрузке.
- На меня уже и так точат отравленный зонтик! - Орал он.
Наконец, кто-то додумался наподдать ему его же собственной тростью. Оттуда, видимо, что-то выскочило, но не смертельное, ибо Эл-Эм взревел белугой и мигом исчез в тянувшихся к нему руках принимающих.
- Разве он мог усидеть на месте и ждать, пока Мувин доставит ему леденцы? Нет, они отправились вместе. Куккабуррас притворился, что роется в мусорном баке, переодевшись бомжом и поминутно оглядываясь на окна; он до того увлекся этими оглядками, что ненароком накопал такого... В общем, бойцам придется выдать по чарке водки, да премию, пожалуй... одну на всех, мы за ценой не постоим. Бак не был пуст - пускай там содержалось не оливковое масло, а просто один из доблестных воинов в каске... история Али-Бабы повторяется, товарищи, как повторяется все на земле.
Зарешеченные титановыми прутьями, двери фургона уже сомкнулись, а вопли протеста все длились, пока вдруг не прекратились разом, после какого-то незримого и радикального боя. Скорее всего, этот бой сократился до единичного, но меткого и действенного удара.
- Значит, вас не ловили, вы сами ловились, - разочаровано протянул мелкий Артур Амбигуус, невзирая на то, что впечатлений уже было, хоть отбавляй.
- Правильно мыслишь, светлая ты голова, - рассмеялся Зазор. - Но я и вправду умею все то, чем прославился. На практике как-нибудь научу. Тебя ведь этот, - он кивнул на тающий труп Мувина, - обещал взять к себе? К нам? Полковник Мувин был далеко не дурак; он понимал, в каких мы нуждаемся кадрах. Отпустите? - обратился он к наркологу.
- А что с ним сделаешь, - пожал плечами тот. - Все равно лоботрясничает. Пускай послужит государству, умник. Пусть укрепляет вертикаль власти, которая должна не только укрепляться, но и утолщаться, не так ли?
- Вот это вы верно сказали, - серьезно сдвинул брови Зазор. - Сортиров много, мочить не перемочить. Говорят, что ученые предвидят в будущем какие-то совершенно стерильные, обескровленные сортиры, но это уже дело дней, далеких от нас и пока нереальных. Правильно я говорю, товарищи Севастьянычи!
- Так точно! - грянули участковые не совсем в лад, ибо некоторые уже начинали переходить в стадию разорения. Зазор посмотрел на жавшегося к стене Гастрыча. Тот кивнул.
- Пойдемте-ка, друзья, - сказал он решительно и вывел из строя наиболее ослабевших. - Тут совсем недалеко, не заваливайтесь... Какая-то пара шагов. Но потом я вернусь, разрешаете?
- Разрешаю, - величественно согласился ночной подполковник Зазор. Китель делал ему плечи широкими, и старший Амбигуус подумал, что при полном параде кроту будет трудно выполнить свои знаменитые фокусы. Сосед, держа слово, вернулся через две с половиной минуты.
- Выпьете с нами чайку-кофейку? Беспримесных? - предложил Амбигуус-старший.
- Времечко поджимает и давит на темечко, - печально ответил Зазор, хотя все давление объяснялось фуражкой, подобранной не по размеру и слишком узкой. - Добре, уговорили. Вас, кстати, - сказал он Артуру Амбигуусу-старшему, - восстановят в должности. Если пожелаете - в нашей ведомственной поликлинике. Я ничего не обещаю, но возможен и орден за особые заслуги...
Тот не нашелся, что сказать, и только стоял, прижавши руки к груди; затем бросился ставить чайник. "Особенные заслуги? Это обмоченная, что ли, амбулаторная кушетка?" - прикидывал он на скаку. Зазор неспешно прогуливался по квартире, машинально примериваясь то к одной, то к другой трещине. Севастьянычи почтительно расступались.
Гастрыч сделался сумрачным. Обещания и посулы новоиспеченного Мувина - все такие сотрудники были мувиными в глазах Гастрыча, даже с зазорами, развеивались в дым, не удобряя ничего: в отличие от обещавшего.
Зазор же, похоже, читал в умах.
- А вы что притихли? - он остановился перед соседом. - Совесть нечиста? Искупить готовы? Кровью?
Гастрыч и подобрался, и выгнулся сразу; голос его понизился на пару-другую октав.
- Готов, - прошептал он. - Последней каплей. Не знаю, не ведаю - что, но готов... Чья будет кровь?
- Для начала отправитесь в морг, - решил Зазор. - Подучите наших технике вскрытия, да и сами кой-чему подучитесь. Потом - в специальную лабораторию. Или предпочтете с бумажками...
- С голимой предпочту... - прохрипел Гастрыч. Звезды с погон подполковника перепрыгнули к нему в глаза и закружились в бешеном хороводе.
- Ну, а теперь мы возьмемся за вас, юное дарование, - в своем обращении к Амбигуусу-младшему подполковник был исключительно ласков и предупредителен. - Квартира, конечно, с момента убийства прослушивалась. Как и все вы, тайно и ненавязчиво. И вы, молодой человек, высказали ряд разумнейших предположений. К сожалению, они повисли в воздухе, остались догадками и загадками.
- А вот и чаек поспел, и кофеек, - хлопотал нарколог. - А может, и бутылочка найдется.
- На службе, - отказался Зазор. - Отведите Севастьянычей в детскую, а сами посидим и потолкуем при свечах. Между прочим, это я их подкармливал, Севастьянычей. У вас найдутся свечи? Ну и чудесно.
- Чем же вы их кормили? - вырвалось у младшего Амбигууса.
Зазор от души расхохотался:
- Я ведь вор. Профессиональный вор - по легенде. Был внедрен, а стало быть - и обучен. Вашим отваром, разумеется. По чуть-чуть. Нам нужны вездесущие Севастьянычи малой мощности.