ОПЯТА (роман-зеркало для массового чтения): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Боевая тревога, - сказал Зазор в рацию.

Пока он спускался по лестнице, в распахнутые двери музея-квартиры уже потянулись цепочки особого назначения. Следом за ними поднимался Мувин, толкая вперед Парогонова. Зазор, заглядевшись, споткнулся, потерял равновесие, поменялся в лице и едва не упал.

- С вами все в порядке, товарищ подполковник? - Мувин придержал капитана и пристально уставился на Зазора.

- Пустяки, - тот криво усмехнулся.

Мувин не сводил с него глаз.

- Пустяки, - раздраженно повторил Зазор, задерживаясь в дверях и поправляя съехавшую пиратскую повязку.

- Да-да, - Мувин очнулся, но остался печальным и настороженным.

Их взгляды скрестились.

Подполковник хмыкнул и проследовал в прихожую, подобный уже не кошке, а победоносному журавлю. Из грибного капища неслись жуткие, преимущественно невнятные, стоны. Иногда, впрочем, удавалось разобрать отдельные слова.

- Мамочка! Мамочка! - кричал генерал.

- "Рожая, ты будешь звать мамочку по-русски", - бросил через плечо развеселившийся Зазор.

Ганорратов сидел на руках у Сатурна, восседавшего, в свою очередь, на стульчаке, попирая кирзовыми сапогами молодые грибы. В углу свернулся первенец генерала, погибший при ударе о твердое дно негостеприимного сосуда. Ворвавшись в оранжерею и справедливо виня во всем гороховый суп, генерал приготовился к победному и опустошительному фейерверку, однако двойник, не имея возможности отпочковаться от генерала по причине бронежилета, воспользовался неудачной путевкой в жизнь. Перед ним открывался только один родовой путь, и близнец устремился к свету, слепой и беспомощный, путаясь в бесконечных заворотах кишечника. Он шел головой вперед, а не ногами, как полагается заведомому покойнику, и гороховая фракция концентрата сослужила ему скверную службу, придав излишнее ускорение. Новорожденный ударился теменем и умер сразу, не успев издать первого крика. Но кое-что он все же успел: суча ногами, порвал Ганорратову печень и селезенку. В отличие от близнеца, он очень быстро испарился, напомнив отцу и сыну о славных ресторанных временах.

Сатурн Тригеминус, прикидываясь гинекологическим креслом, крепко держал генерала за разведенные ноги. Сартур сидел на корточках и упоенно совал в родовое отверстие щипцы.

- Головка показалась! - щипцы лязгнули внутри генерала, но промахнулись. - Полное раскрытие!

- Третий пошел, товарищ подполковник, - пояснил, отдуваясь, Сатурн.

У генерала продолжались тайные чекистские схватки. Ганорратов перестал кричать и только хрипел. Изо рта потекла кровавая пена. Зазор приблизился, приподнял генеральское веко.

- Разрежьте промежность, - велел он Сартуру. - Иначе будут разрывы, а в них нет никакой эстетики.

Тот взял с пола ножницы. Зазор отступил на шаг, любуясь.

- В рождении новой жизни всегда есть нечто прекрасное и в то же время жуткое, - сказал он глубокомысленно.

- Мне нужен веселящий газ, - пропыхтел Сартур. - Только не говорите, что он уже пущен, - предостерег он Зазора, выставляя окровавленную ладонь. - То, что пущено, веселит только казарменных старожилов. Дайте хотя бы эфир! Ему очень больно.

- Газы! - загремел Зазор, и чьи-то услужливые руки моментально вручили ему баллон и маску.

Под маской генерал захохотал и даже попытался рассказать анекдот, но Сартур негодующе цыкнул:

- С ума сошли! Младенцы все запоминают. Обстоятельства рождения накладывают отпечаток на всю дальнейшую жизнь, а вы собираетесь искалечить новорожденного своим идиотским юмором.

- Двойня - это тебе не хрен собачий, - тем временем согласился старший Тригеминус. Он сорвал уже ненужные и давно опостылевшие усы. При этом он ненадолго отпустил ганорратову ногу, и та немедленно, рефлекторно ударила Сартура каблуком.

- Тужься, а не дерись! - прикрикнул Сартур.

Генерал остатком сознания воспринял совет, напрягся и тут же испустил дух в прямом и переносном смысле. Сартур успел ухватить показавшуюся бульдожью голову и захватил ее в клещи, но слишком сильно сдавил, и та раскололась, так и не успев поруководить первыми шагами.

Ганорратов обмяк, и на лице его проступило умиротворенное и удивленное выражение вроде того, что в сходной ситуации возникло у покойной княгини Болконской.

- "Что же вы со мной сделали, господа?" - прочел выражение Сартур. Желая докончить начатое, он вытянул из генерала плод.

- Все равно не жилец был, - уныло констатировал Сатурн. - Обвитие пуповины, - он указал на тугую и прочную, как трос, кишечную петлю, намотавшуюся на загорелую, обветренную шею молокососа.

Кряхтя, они все же подняли плод за ноги, шлепнули и замерли в ожидании первого крика.