— Я разбудил тебя? — Я спрашиваю.
— Нет. Я не могу спать. — Она поворачивается ко мне лицом, и, хотя в спальне темно, я вижу тревогу на ее лице. — Что-если… — она замолкает, кусая нижнюю губу. — А что, если я плохая мама?
— Ты действительно беспокоишься об этом? — спрашиваю я, кладя руку ей на низ живота, как раз там, где у нее растет наш ребенок.
Наш малыш.
Она мягко пожимает плечами.
— Я не знаю. У меня его не было. Я не… я не знаю, как это сделать, — говорит она взволнованным голосом.
Я беру ее руку и подношу к своим губам.
— У меня был не самый лучший отец, — мягко говорю я ей. — Мы можем разобраться. Вместе. Хорошо?
Она сглатывает, кладя свою руку на мою.
— Я уже так люблю этого маленького ребенка, — шепчет она.
Я зажмурился, притягивая ее к себе. — Я тоже, бабочка. Я тоже.
— Мы действительно делаем это? — спрашивает она, уткнувшись носом мне в шею.
— Мы действительно делаем это, — говорю я ей.
— Даже если мои гормоны сойдут с ума?
— Особенно , если у тебя сходят с ума гормоны. Было весело наблюдать за этим небольшим приступом.
Она стонет. — Очень смешно.
Она тихая, и я практически слышу, как крутятся колесики в ее голове. — Даже если из-за этого у меня будут очень плохие эпизоды?
Я глотаю. — Я прослежу, чтобы мои руки были согреты для массажа спины.
— Что, если … о Боже , мое свадебное платье, Майлз?
Я смеюсь. — Что насчет этого?
— Ну, я, наверное, наберу вес, и тогда моя грудь будет размером с дыню, если я буду кормить грудью…
Я стону, сжимая ее бедра. — Боже, надеюсь, твоя грудь размером с дыню.
— Я серьезно, Майлз! Платье заказано, и если я не подойду…
— Хорошо, что ты зарабатываешь на жизнь одеждой, — поддразниваю я.
Она молчит, обдумывая это. — Да, я думаю, ты прав.
— Что-нибудь еще? — бормочу я сонным голосом.
— Если это мальчик, как ты думаешь, он будет таким же сварливым как и ты?
— Берегись, жена, — предупреждаю я ее.
Ее смех превращается в тихое созерцание, а затем, несколько минут спустя, она тихо похрапывает, прижимаясь к моему телу. Я тянусь к ее рукам и обнаруживаю, что ее руки сжимают мою футболку. У меня перехватывает горло от эмоций, когда я целую ее в лоб, думая обо всем, что мы преодолели, и обо всем, что еще впереди.
Лучшее или худшее…