Я брызгаю на него водой, и выражение отвращения украшает его черты.
— Эта вода, вероятно, даст нам лямблии.
Я хихикаю, обвивая руками его шею. — Вероятно.
Кто-то свистит позади нас, и Майлз сбрасывает их. — Будь милым. Они просто играют.
Майлз хмурится, глядя на мою белую майку. — Плохое суждение с моей стороны. Теперь каждый может видеть то, что разрешено видеть только мне.
Это заставляет меня смеяться громче. Он такой чертовски предсказуемый и задумчивый. И я не могу не любить и не обожать его.
— Ты принес полотенца? — спрашиваю я, ухмыляясь.
Он ругается себе под нос. — Нет. Но когда мы выйдем, ты наденешь мою рубашку.
— Я? — Я мурлычу, целуя его в шею.
— Да. Иначе все в Париже увидят твои идеальные сиськи.
— Ну, это будет не в первый раз, — размышляю я, уплывая от него.
Под плаванием я подразумеваю крабовую прогулку, ведь глубина фонтана всего метр. Майлз такой высокий, что ему приходится сидеть на попе, чтобы как следует спрятаться.
Майлз следует за мной, в глазах у него озорной блеск.
— Кстати о.., — медленно говорит он, поднимая одну руку к моему соску и скручивая его. Я вздрагиваю от боли. — Ты носишь другой бюстгальтер? — спрашивает он, снова притягивая меня к себе. Его эрекция прижимается к моему бедру, и меня пронизывает вспышка раскаленного добела жара, когда я думаю о том, каким возбужденным он себя чувствовал всю неделю. Весь месяц, правда. Я понятия не имею, что на него нашло — не то чтобы я жалуюсь.
— Нет почему ты спрашиваешь? — спрашиваю я, нежно целуя его.
Он стонет, когда его руки начинают массировать мою грудь через рубашку. К счастью, мы достаточно под водой, чтобы скрыть любую неосторожность.
— Мне они кажутся больше, — бормочет он мне в рот и сжимает соски.
— Ой, слишком сильно, — говорю я ему, отбрасывая его руки. — Наверное, это из-за всей той вкусной французской еды, которой ты угощал меня всю неделю.
Его глаза впились в мои, когда он отстранился.
— Я люблю тебя, — говорит он тихо.
— Я тоже тебя люблю. — Оглядываясь вокруг, я не могу не задуматься о той ночи. — А что, если бы мы никогда здесь не встретились? — спрашиваю я, медленно обхватив ногами его бедра в воде.
— Снимите комнату!
Кто-то кричит по-французски.
Майлз улыбается и игнорирует их. Одна из его рук убирает мои мокрые волосы.
— Ну, тогда мы бы встретились в ресторане, — говорит он как ни в чем не бывало. — Наши отцы все равно свели бы нас вместе.
Я терзаю нижнюю губу между зубами. — Как бы ты меня воспринял?
— Красивая. Но это данность, — начинает он.
— Если ты пытаешься заставить меня трахаться с тобой, я могу сказать тебе прямо сейчас, что это работает, — поддразниваю я. — Что еще?
Он ухмыляется, целуя меня, оглядываясь через мое плечо, чтобы убедиться, что никто не смотрит слишком пристально. — Умная. Остроумная. Независимая. Очаровательно дерзкая. Платье, которое было на тебе, подчеркивало голубизну твоих глаз. Ты была и остаешься совершенно
завораживающей.