Скрытые шрамы (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да.

Остальная часть поездки проходит в тишине, несмотря на моросящий дождь. Прижимаюсь левой щекой к прохладному стеклу, то и дело засыпая. Все, чего я хочу, - это увидеть её. Все, что мне нужно, - это... она. Когда мы съезжаем с автострады, раненая рука начинает пульсировать. Отлично.

Водитель подъезжает к большому белому зданию через сорок пять минут, быстро достаю пару стодолларовых купюр и бросаю ему, несмотря на то, что уже оплатил поездку в своем приложении. Дождь здесь еще сильнее, спотыкаясь, я иду к навесу. На двойных входных дверях висят плакаты, и мне требуется секунда, чтобы полностью осознать, что на них написано.

Парижская школа балета: Прослушивание только СЕГОДНЯ.

Сглатываю, когда желчь подступает к горлу. Париж. Который находится в гребаной Франции. Покачав головой, открываю двойные двери. Знаки указывают на зал ожидания, но я стою возле дверей, чтобы не мешать. Когда достаю телефон, экран не загорается. Черт, я забыл. Оглядываясь по сторонам, думаю, не попросить ли у кого-нибудь зарядное устройство, но потом решаю просто постоять на месте, пока Лейла не закончит. Её прослушивание в четыре, а это, судя по часам, через час. Я увижу ее, когда она появится у входа.

Стоя перед стеклянными двойными дверями, наблюдая за тем, как на бульваре Санта-Моника останавливается и расходится поток машин на ближайшем светофоре. Несмотря на то, что я все еще пьян, хождение взад-вперед помогает справиться с тошнотой. Через некоторое время сажусь, чувствуя, как все вокруг начинает кружиться. Балерины приходят и уходят, большинство из них примерно возраста Лейлы. Никто из них не замечает меня и не беспокоится о том, что я просто какой-то случайный пьяный чувак, болтающийся на танцевальном прослушивании для старшеклассников. Когда тошнота проходит, снова встаю и оглядываюсь по сторонам. Сейчас 16:15, и, несмотря на то, что я знаю, что прослушивания могут длиться часами, беспокойство когтями впивается в мой позвоночник. Что, если она уже закончила и ждет меня в другом месте? Может, есть другой выход? Я иду по неприметному коридору. Стрелки, указывающие на комнату ожидания, приводят меня к белой двери, и когда я открываю ее, около пятнадцати молодых девушек принимают всевозможные позы - но никакой Лейлы.

Отступаю и продолжаю идти по коридору. Моё внимание привлекают приглушенные голоса, и я, опираясь на стену, медленно подхожу ближе. Это смесь хриплого французского и британского акцентов, я уже собирался уходить, как слышу, что один из них произносит имя Лейлы. Подкравшись ближе, молча встаю за дверь, пытаясь понять, что они говорят о ней.

— ...никогда не добиться успеха в Европе, тем более в Париже, — презрительно говорит одна женщина.

— Её верительные грамоты впечатляют, — говорит мужчина с низким и гулким британским акцентом.

— Что толку в её дипломах, если она не выглядит, как балерина? — возражает первая женщина, в ее тоне слышится отвращение.

Я сжимаю кулаки и продолжаю слушать - моя грудь одновременно болит за неё и горит от ярости. Это ее мечта, а эти люди смеются над ней?

— Времена меняются, Джин. Думаю, нам стоит посмотреть её выступление и понять, что она может предложить.

— Времена, может, и меняются, но она на двадцать фунтов тяжелее. Неужели ты думаешь, что наши танцоры-мужчины захотят её подхватить? Возможно, она сможет пройти отбор с помощью диеты и упражнений, но ей придется морить себя голодом всё лето. Вы видели песню для прослушивания? Она некультурная и дешевая. Я подозреваю, что ей будет трудно вписаться в элегантность Парижской школы балета, несмотря на её вес.

Мужчина вздыхает и бормочет что-то нечленораздельное, а мне хочется выломать эту гребаную дверь и накричать на них за оскорбление Лейлы.

К черту эту школу. Лейла заслуживает лучшего.

С алкоголем, который всё еще течет по моим венам, мне каким-то образом удается найти черный вход на сцену прослушивания. Как раз собираюсь найти укромное местечко, когда моё внимание привлекает вспышка рыжих волос.

Начинается музыка - музыка Лейлы, которая чертовски точно не является бескультурной и дешевой.

«Take Me to Church от Hozier».

Гордость переполняет меня, когда я медленно подхожу к краю сцены. Она так охуенно старалась ради этого. Она сотни часов тренировалась в крошечной танцевальной студии в доме Скотта, используя приемы, которые оттачивала с трёх лет. И все это привело к тому, что наступил этот кульминационный момент - единственное прослушивание.

Мой взгляд находит судей - двух мужчин и двух женщин.

Они почти не смотрят. Вместо этого одна из женщин качает головой и начинает быстро говорить с одним из мужчин.

Я смотрю на них, и в моей груди вспыхивает гнев. Они не заслуживают её. Делаю шаг ближе к сцене, когда начинается припев, и Лейла прыгает и кружится в воздухе. Ее купальник обнимает каждый сантиметр её идеального тела - узкие бедра, маленькую грудь, длинные ноги... Как они могут не видеть, насколько она совершенна? Я делаю еще один шаг, пока не оказываюсь на краю крыла - всего в футе от того, чтобы выставить себя на обозрение судей. Яркий свет заставляет меня быстро моргать, а музыка разносится по залу. Даже не слышно, как Лейла приземляется на пол сцены. Для этого она полгода тренировалась приземляться. Мой взгляд падает на её ноги, на пуанты с лентами, плотно обхватывающими лодыжки.

Я всегда восхищался тем, как она это делает, как сильно она меняется, когда танцует.

Исчез неуверенный в себе подросток, его сменила уверенная в себе профессионалка, погрузившаяся в музыку. Подтянутые мышцы поддерживают ее элегантную форму при каждом движении, и я облизываю губы, когда она приземляется в нескольких футах от меня, ее тело согнуто пополам, а руки вытянуты в стороны. Когда она поднимает голову, провожу рукой по губам, видимо, привлекая её внимание, потому что она переводит взгляд на меня, что заставляет её замешкаться и пропустить следующий шаг.

Черт.

Мгновенно розовые пятна сбегают по её шее к обнаженной груди. Грудь вздымается и опускается, а глаза расширяются, мне требуется целых две секунды, чтобы понять, что я облажался.

Она задыхается, но в остальном не двигается - просто смотрит на меня со смесью возмущения и удивления.

В этот момент я слышу, как один из судей издает тихий звук, и теряю контроль над собой.

Когда я выхожу на сцену, яркий свет практически ослепляет меня. Музыка набирает обороты, кулаки Лейлы сжимаются в кулаки, а когда я подхожу ближе, её ноздри раздуваются.

— Извините, — говорит она судьям, не отрывая от меня взгляда. — Он мой сводный брат...