- Он свободный омега? – удивился Айдан. - А кто же его содержит? Его братья?
- Ну, когда его братья, а когда он братьев, – Дэйчи ухмыльнулся.- Когда он работает, то хорошо зарабатывает, а когда с ребенком по больницам мыкается, то тогда братья его поддерживают, чем могут.
- Я не знаю, - Айдан пожал плечами, – ты пустишь его в свой гарем как свободного омегу? У тебя хоть и нет гарема, но представь Салах приезжает, а у него под носом крутится свободный омега. Не боишься? И Амин может быть недоволен, если перед Айюбом будет мелькать посторонний омега.
- Нет! – засмеялся Дэйчи, - я Сашши не боюсь. Я уверен, что он не будет строить глазки моему мужу, и Амин, когда увидит его, тоже успокоится. Сашши невысокий, полненький и затюканный жизнью омега. Он уже давно поставил на себе крест и интересуется только своим ребенком и своими растениями. Он совсем не конкурент красивому Амину и остальным местным омегам.
- Если ты так хочешь, чтобы к тебе в гости приехал твой друг, то пожалуйста, - жада пожал плечами. - Только, если он переступит порог этого дома, то он должен будет одеваться, как положено омегам, я не потерплю в доме неуважения к закону. И, поскольку он омега, то он не сможет жить рядом со слугами, и тебе придется пустить его на свою территорию. Благо, что пустые комнаты у тебя есть! Но на всякий случай, спроси разрешения у Салаха.
Банщицы уже закончили мять, растирать и выкручивать Дэйчи и, ополоснув в последний раз чистой водичкой, вытерли полотенцами, и уложили на теплый стол. Потом за него взялась массажистка, и омега опять понял, что засыпает.
- Эй, не спи! – из сладкого марева Дэйчи выдернул окрик жада. – Салаха нет в городе, и тебя некому будет перенести в спальню! Потом поспишь!
- А где он? – лениво спросил Дэйчи, сжимая губы в ожидании болезненного удара.
- Он в пустыне, – Айдан сообщил это как о само собой разумеющемся. – Ой, ты, что забыл, что у твоего мужа завтра день рождения? Завтра он должен будет доказать всем альфам, что он взрослый. Он должен будет взнуздать дикого жеребца и войти в гарем, – довольный Айдан широко улыбался, - сегодня ночью пригнали жеребца для моего внука. Сын говорит, что он сильный и гордый, совсем как Салах. Сегодня внук должен надеть на него узду и оседлать. Завтра утром его проведут по городу. А позже Салах проскачет по городу на нем, чтобы все видели, что наследник стал мужчиной! А потом будет пир! Праздновать будут и в гареме, и в городе. Повара уже готовят угощения для бедных и для гостей. Приедет брат Салаха - Саид. Его гарем навестит нас позже. Завтра праздник альф, а мы будем веселиться после них.
Айдан еще долго рассказывал, каким замечательным будет завтрашний праздник. И как важно правильно седлать своего первого коня, ведь гордое и сильное животное раньше свободно паслось в пустыне. Но Дэйчи почти не слушал, что говорил жада. Салах не изменял ему! Такое облегченье!
А Айдан смотрел на Ясмина и все никак не мог понять, что он такого сказал отчего омега вдруг так ощутимо расслабился и начал улыбаться. Нет, все-таки сын был прав, когда говорил, что эти инопланетные омеги странные. Интересно, зачем он тащит к себе в гости постороннего омегу? Может он все-таки решил сделать гарем Салаху, но просто из своих друзей? Да, эти чужие такие странные!
Дэйчи выбирался из хамама самым счастливым человеком. Для начала, его альфа ему не изменяет! Он просто очаровывает дикого жеребца, чтобы тот доверился ему настолько, чтобы позволил надеть уздечку и седло. А еще появилась сумасшедшая идея притащить сюда Сашши, чтобы он развел вокруг города настоящие сады. Насколько Дэйчи понимал местную экономику, то города строились вокруг крупных источников воды, вокруг источников поменьше разбивали оазисы и занимались там выращиванием съедобных растений. Когда созревали финики, в оазисах начинались форменные стычки за урожай, потому что финики были основной сельскохозяйственной культурой планеты. Остальные фрукты завозились. Точно так же завозилось зерно для хлеба и фураж для лошадей, поэтому только богатые люди могли позволить себе содержать коня.
Караванщики пользовались верблюдами, они тоже были дороги в кормежке, но не так привередливы, как лошади, и вполне могли питаться местными колючками и чахлой растительностью. Вся местная экономика и жизнедеятельность крутилась вокруг добычи и продажи драгоценных камней в местных каменоломнях. Камни продавались, продукты закупались. Чтобы кормить семью, местные жители вынуждены были устраиваться на работу в каменоломни. Часто зарплата там выдавалась чеками, которые можно было обменять на продукты с эмирского склада.
В разных оазисах росли финиковые пальмы различных пород. Одни были более сладкими, другие - более сухими и использовались для приготовления финиковой муки. И караванщики занимались тем, что возили на обмен финики и различные поделки от одного города к другому. Но при всей своей отсталой экономике планета имела самый продвинутый космический флот, на котором служили в основном наемники. Это позволяло эмирам Сабаха играть в свои местечковые войны за урожаи и дележ оазисов. Владея современным вооружением, они не допускали изменений в жизненном укладе и жили по старинке с масляными светильниками и ручными орудиями труда.
Когда в первый вечер Айюб увидел светящуюся диодную ленту, прикрепленную к потолку скрепками и тесьмой, он долго смотрел на нее и несколько раз потрогав руками убедился, что она не вызовет в доме пожара. После долгих раздумий он назвал ее «светом Ошая». Оказывается, он видел подобное по периметру сцены на концерте Теодора. И если Ошая пользовался таким светом, то, пожалуй, ничего плохого не случится, если этот свет будет светить и в его доме. После этого он долго допытывался, откуда берется энергия. Во время концерта альфа видел, что пользовались достаточно шумными генераторами, а здесь была полная тишина. Выслушав лекцию о солнечной энергии и аккумуляторах, альфа задумался настолько сильно, что ушел к себе, не проронив больше ни слова. Впоследствии Рон был свидетелем разговора отца и сына об электричестве на других планетах, и в результате Айюб одобрил идею привезти инженера-электрика.
Дэйчи загорелся идеей притащить сюда еще и Сашши. Это было бы чудесно прожить два года в окружении надежных друзей! И кроме этого, Дэйчи был просто уверен, что сыну Сашши пошла бы на пользу перемена климата. И потом, Сашши и самому бы не помешало пожить в тиши на свежем воздухе! Размечтавшись, он почти налетел на Айюба. Поприветствовав его, он спросил эмира, не будет ли тот против того, что к нему приедет его друг-агроном? И будет ли он согласен, если тот в пустыне недалеко от крепостных стен разобьет парник и небольшой сад?
Альфа посмотрел на омегу, как на слабоумного и, скривившись, как от зубной боли, сказал, что он не будет против глупых экспериментов, главное, что бы он со своим другом-агрономом не забывали предупреждать охрану, если они захотят покинуть периметр гарема. Да и не забывали о приличиях в одежде и поведении. Дэйчи едва удержался, чтобы не захлопать в ладоши от счастья.
Забежав в комнату, он написал Сашши громадное письмо, в котором подробно расписал, почему тот просто обязан бросить все свои дела дома и примчаться к нему. После этого он, позвав Азиза и Гасана, долго объяснял им, что ему необходим небольшой плотный мешочек, куда надо насыпать песка из пустыни. Он знал, что дотошный Сашши потащит песок на экспертизу для наиболее оптимального подбора семян. И лучше позволить ему сделать это в столичных лабораториях, чем выслушивать потом его жалобы и причитания, что что-то для чего-то не подходит.
Письмо легло в коробку, куда Дэйчи складывал все, что собирался отправить обратно на планету. Самодельные конверты были подписаны от руки с подробными адресами. Омега рассчитывал, что несколько писем будут вручены лично. Рональд знал, как найти в родном институте его научного руководителя, а письма Марку и Сашши он забросит домой. Для Марка было написано уже четыре письма, и Дэйчи их пронумеровал. Если в первом он просто уговаривал друга приехать, то в последующих он ему подробно описывал, с чем тому придется столкнуться на Сабахе, примерные размеры комнат, которые надо было осветить, и их целевое назначение. В последнем письме он просил привезти визор и несколько омежьих сериалов. Для этого он должен был проконсультироваться у соседей. Дэйчи хотел душещипательные сериалы с песнями и красивой музыкой. А еще он попросил торшеры с большими абажурами для библиотеки. Дэйчи описал, какая большая и замечательная здесь библиотека, и какие здесь уютные диваны. А как будет здорово читать по вечерам, лежа на них под красивыми торшерами!
Кроме этого, в коробке лежали письма в научные журналы о замечательной находке. К этим статьям тоже прилагались неполные копии книги. Дэйчи отдавал себе отчет, какую волну поднимет такая находка. Было понятно, что подлинность фолианта начнут оспаривать. Найти неизвестную легендарную книгу и вдобавок ко всему в идеальном состоянии! Если бы он не сам нашел ее, то искренне сомневался бы в ее подлинности.
Ближе к обеду в комнату к омеге зашел печальный Рон, он грустил, что Салах не взял его с собой в пустыню. Он жалел, что не смог увидеть с крепостной стены красавца жеребца и пересказывал, что происходит во внутреннем дворе дворца, где стоят казармы для альф, живут работники, и где находится «питомник для омег». Рону повезло, он как пасынок Салаха, мог ходить везде, где вздумается: и там, где молодых альф учили воинскому искусству, и в тиши и прохладе питомника, где у него была своя комната.
Дэйчи не дрогнувшей рукой усадил Рона за учебники и до ужина тиранил сына точными науками. Когда совсем стемнело, в комнату зашел Салах, он был уставший, а его одежда - запыленной, но его глаза горели как у победителя. В комнату сразу прибежали жада и оми, а следом за ними набились остальные наложники и часть слуг. Салах ел и, блестя глазами, размахивал руками, рассказывая, как он повстречался с ЖЕРЕБЦОМ. Как они встретились глазами и признали в друг друге родственные души. Как они вместе гуляли по пустыне, и как конь разрешил себя погладить по морде. Дэйчи даже заслушался, ну, прямо военно-полевой роман! В какой-то момент омега перестал слушать восторженные эпитеты и просто любовался восторженным и одухотворенным лицом альфы.
Ноги сами принесли его к Салаху. Он провел пальцами по пыльной щеке альфы и у того сбилось дыхание. Омега потом не мог вспомнить, кто первым потянулся за поцелуем, и куда все делись, когда они разорвали поцелуй, чтобы перевести дыхание. Они остались в комнате одни. Салах, молча, уложил омегу спиной на подушки и принялся выцеловывать все, что попадалось: скулу, ухо, шею у кромки волос. Дэйчи плавился в неге и желании, его совсем не смущало, что от альфы пахнет потом и лошадьми, все было неважно, имели значение только руки, которые забрались под тунику и скользили по голой коже. А потом песчинка с волос альфы попала в глаз Дэйчи, и тот потер глаз, пытаясь избавится от сора. Салах это увидел и принялся вылизывать глаза, как мама кошка - слепого котенка.
- Прости, я прибежал домой поесть и даже не помылся, – Салах пальцами погладил лицо омеги, провел пальцами по бровям и вглядевшись в расширенные от желания зрачки, довольно улыбнулся. – Я сейчас быстро помоюсь! Подождешь? – он вскочил и обернувшись, бросил от двери. – Я быстро!
Дэйчи только прикусил губу, что бы не рассмеяться в спину альфы. Омега встал и сладко потянувшись, отправился в спальню альфы. Ну, здравствуй комната! Ты мне уже родная! Дэйчи разделся и забрался на кровать, полежал в предвкушении, потом посидел, чутко прислушиваясь к шагам за дверью. Но все было тихо. Дэйчи выглянул в окно. Во внутреннем дворике слышалась музыка и пение. Эти звуки доносились из открытых окон и дверей гарема, который принадлежал отцу Салаха, в котором правили Айдан и Амин.
Дэйчи начал беспокоиться, что могло случиться, и почему Салаха до сих пор нет. Не хотелось думать, что Салах мог пойти к оми, зная, что его здесь дожидаются. Одеваться тоже не хотелось. Дэйчи закутался в покрывало и решительно вышел из комнаты. Ему навстречу от двери поднялся Азиз.
- Вам что-нибудь надо? - бета выглядел встревоженным. – Вы себя хорошо чувствуете?
- Да, – Дэйчи помялся, было как-то неудобно спрашивать, - Салах пошел помыться, и его до сих пор нет. Может, он уснул в купальне?
- Нет, – Азиз белозубо улыбнулся, – сегодня днем приехал Саид, брат молодого господина. У Салаха сегодня Ночь Хны, – Азиз понял, что Дэйчи ничего не понял и взялся объяснять. – Ну, молодой альфа вместе с друзьями, отцом и старшим братом будут веселиться всю ночь, ему нанесут геометрические фигуры на ладони. Такие обряды считаются прощанием со старой холостяцкой жизнью. А еще старшие альфы будут давать ему наставления, как себя вести с гаремом, ну, - Азиз замялся, - не то, чтобы молодой господин нуждался в подобных советах, но таков обычай. Хотя у него и гарема-то нет, а только вы один. Но все равно советов молодой господин получит кучу, так же, как и пожеланий.
- У-у! – Дэйчи представил себе такой мальчишник. – Я надеюсь, они там хорошо повеселятся.