В дверях появился Рон, он вначале непонимающе рассматривал толпу омег в ярких платьях, а потом увидел Айюба, и глаза у него сразу стали удивленно восторженными. Такого мощного и ярко выраженного альфа-самца не каждый день встретишь на улице. И Рону всегда было интересно посмотреть на чужих отцов. А здесь отец Салаха, которого он уже почти принял как приемного отца. Дэйчи понимал сына, папа хорошо, но мальчикам всегда нужен отец, как пример, как лидер в стае.
Салах увидел Рона и подозвал, чтобы познакомить с отцом. Айюб, не стесняясь принюхался, Дэйчи улыбнулся, сын действительно был похож на омегу, но он был стопроцентным бетой, современная медицина это четко определила. Разговор сразу пошел про Теодора. Дэйчи только вздохнул, Рон мог говорить о кумире часами, восхваляя и восхищаясь, а тут такие благодарные уши!
Дэйчи тихо вышел из комнаты и отправился в «свою» гостиную. Открыв старенький ноутбук, перетащил папку Рона вначале на флешку, а потом загрузил на новый. Похоже, эта папка в ближайшее время будет очень востребована и, не дай боги, ее потерять или повредить! Дэйчи собирался тащиться в соседнюю гостиную со всем хозяйством, но в дверях появилась процессия с Айюбом и Айданом во главе.
Салах рассадил гостей, Азиз расставил столы, вытащил на солнце батарею и помог подключить технику. Рон очень важно уселся посередине и стал рассказывать о своем кумире. В этот раз рассказ приобретал новые краски, и стал уже напоминать мыльную оперу для престарелых омег. Дэйчи только поморщился, он терпеть не мог любовные романы и слащавые истории. Салах разговаривал с гаремными омегами, и Дэйчи понимал, что вполне может уйти потихоньку, никто и не заметит его отсутствия.
Дэйчи отправился в кабинет и занялся распаковыванием своей крутой офисной техники. Азиз опять оказался рядом. Они принялись доставать все в четыре руки. Инструкции складывались отдельно. Расходники и прочую мелочь сложили в пустую коробку. Туда же отправились и стопки бумаги. Вскоре комната приняла уже вполне жилое, а, вернее, рабочее состояние. Пустые коробки вынесли из комнаты. На самом большом столике все было приготовлено и разложено, как любил омега. Рядом стояла родная сумка, из нее пахло табаком и вредными, но зато дешевыми пончиками. Дэйчи только вздохнул. Ароматы старой и понятной жизни!
Дэйчи посидел и немного помедитировал. Деятельная натура требовала занятия, но ноутбук в ближайшее время будет недосягаем. Омега вспомнил про коробку с электромелочами и, поковырявшись в ней, с радостью обнаружил тройник, от счастья он его даже поцеловал. Родненький! Теперь в единственную розетку можно воткнуть еще что-нибудь! Взгляд упал на навороченный принтер! О да! Если нет возможности работать с электронной копией, он сделает обыкновенную бумажную копию!
Шнур у принтера как у всякой офисной техники был достаточно длинным. Омега прикинул, если притащить его поближе к входу в гостиную, то его длины хватит до розетки. Крикнув Азиза и объяснив, что он хочет, вскоре омега с удовольствием наблюдал, как двое парней тащат технику в указанное место. Нет, все-таки напрасно он раньше не понимал, как здорово иметь помощников! Раньше бы он тащил бы и пыхтел сам. А теперь надо только сказать тихим голосом, и все срываются на помощь. Дэйчи сам подошел к розетке и включил принтер через тройник. Умная техника тихо пискнула, подавая сигнал, что готова к работе. Омега достал диск с полной копией и вложил в навороченный принтер. Объяснив машинке, что на выходе хотел бы видеть копию книги, он вложил в приемник стопку бумаги и, с удовольствием увидел, что принтер, мягко шурша, начал выплевывать лист за листом.
Надо было еще написать несколько писем: в научный совет, как сопроводительное, к диску с неполной копией, и статью в научный журнал, о том, что найден уникальный экземпляр книги средневековой литературы. А еще письмо Марку, ему надо описать всю ситуацию и попытаться уговорить друга приехать в это дикое средневековье и поработать Прометеем. Он повернулся попросить Азиза принести попить, но в проеме двери вместо миловидного беты стоял мощный альфа, который сканировал помещение ледяным взором.
- Ты соблазнил моего сына, а теперь запрещаешь ему иметь гарем?
- Поверьте, я не хотел никого соблазнять. Вообще-то, я думал, что Салах несколько старше, – Дэйчи поежился под таким пристальным взглядом, - я бы к нему не прикоснулся, если бы знал, что ему всего пятнадцать. Я думал, что ему лет двадцать – двадцать два! Мне до сих пор кажется, что меня все разыгрывают с его возрастом. А что касается гарема, то ваш сын непременно заведет его после нашего развода. Надо всего лишь потерпеть немного. Он все равно сейчас будет учиться, и ему будет не до этого.
- Зачем ты захотел быть его супругом? – альфа подошел ближе и уставился на омегу сверху вниз, как на букашку. – Ты надеешься на большой подарок при разводе? Этот брак по решению вашего суда - издевка над нашими законами. Омега принадлежит альфе раз и навсегда! Развод недопустим!
Дэйчи встал, чтобы быть повыше, но он все равно был по плечо альфе. Тогда он распрямил плечи, чтобы казаться более сильным и независимым, чем он был на самом деле. Он понимал, что этому альфе не стоит показывать слабость, в его сердце не найдется жалости для него, а только появится желание раздавить и уничтожить недостойного.
- Когда в суде я заговорил о супружестве, я надеялся, что ваш сын на это не пойдет и все отменит, а я смогу вернуться к своей прежней жизни. Но у вашего сына в кармане уже лежал брачный браслет, и мне не удалось избежать этого. Поверьте, я не желаю вашему сыну неприятностей и не ищу в этом браке выгоды. Я не знал ничего о нем, когда нас расписали в суде. Я считал его студентом по обмену и переживал, что забота о нем ляжет на мои плечи.
- Тебе никто не сказал, кто мой сын? – прищурился альфа.
- Нет, – улыбнулся Дэйчи, – перед судом со мной говорил мой адвокат и сказал, что Салах инопланетянин, и чтобы замять дипломатический скандал, я должен или сесть в тюрьму на двадцать лет, или уехать с вашим сыном на два с половиной года. Салах сам мне сказал кто он, когда мы уже были на корабле по пути сюда. Я не искал в этом браке корысти, я бы с удовольствием избежал его, если бы мог.
- Разве ты не любишь моего сына? – опешил альфа.– Вот мой сын любит тебя!
- Любовь, – горько усмехнулся омега. - Давайте, присядем, а то у меня уже шея затекла смотреть на вас снизу вверх, – омега показал на подушку, которая заменяла ему стул. Альфа заинтересованно уселся, куда указали, и приготовился слушать. Дэйчи уселся на стол и оказался чуть выше альфы. Он довольно улыбнулся такому преимуществу и продолжил. - Я уже был замужем. Мой муж говорил много красивых слов, уверял, что любит, он даже оформил наш брак наперекор желанию семьи. Я думал, что это доказательство его любви ко мне, но на самом деле он просто хотел досадить своим родителям. И когда я забеременел и стал зеленым и печальным, он сразу бросился по ночным клубам в поисках приключений и новых любовных утех. Когда он приходил под утро в засосах и с расцарапанной спиной, он становился на колени и, плача, говорил, что это было в последний раз, что он очень любит меня и нашего нерождённого малыша, но каждый вечер он исчезал из дома до утра. Когда я слышу слова о любви, я понимаю, что меня опять хотят обмануть. Про любовь не надо говорить каждый день, любовь надо доказывать каждый день, верностью и заботой.
- Но мой сын не обманщик! – возмутился альфа. – Он с самого детства всегда говорил правду и никогда не лгал! Именно поэтому мы назвали его Салах – справедливый и честный.
- Ваш сын еще молод и путает любовь с влюбленностью. Когда влюблен, то замечаешь в человеке красивые глаза, улыбку, походку, тебе нравится в нем все, но проходит время, и начинаешь замечать в своем кумире недостатки, и потихоньку разочаровываешься, и влюбленность проходит. А любовь – это когда прыщики на его попе это единственное, что ты хочешь увидеть, когда просыпаешься, потому что ты дышать можешь, только если он сопит на подушке рядом.
- Прыщик на попе? – удивился Айюб. – Какая гадость! Как такое может радовать? Сам-то понял, что сказал?
- Любовь, это когда любишь не за что-то, а, скорее, вопреки чему-то, - омега улыбнулся, - вопреки здравому смыслу и мнению окружающих. Это когда каждый его недостаток в твоих глазах становится той самой изюминкой, за которую и можно любить. Я непонятно объясняюсь? Очень жаль, значит, вы еще не любили.
- У меня целый гарем омег, и каждого из них я люблю и делаю счастливым, – альфа покровительственно ухмыльнулся. – А ты говоришь глупости, жаль, - Айюб встал, - оми говорил, что ты умный, и я ему почти поверил. А такой нелепицы, как ты сказал, я еще ни от кого не слышал! Так, вернемся к гарему сына. Саид показывал мне письмо, вместе с которым вернулся биби, который предназначался в гарем Салаха. Из письма получалось, что подарок слишком хорош и будет отвлекать моего сына от учебы. Как можно равнять омегу и книгу? Или, исходя из твоего разговора, - альфа прищурился, - похоже, ты написал действительно, что думал. Ты что считаешь, что омеги в гареме должны быть не красивы, в этих, как ты их назвал, - альфа щёлкнул пальцами, вспоминая, - в прыщиках этих самых, дурацких?
- Нет, – Дэйчи встал и отошел подальше, чтобы альфа не давил на него своей массой и запахом, - дело совсем не в их внешнем виде. Просто Салаху надо думать об учебе, а не о том, что дома его омеги заждались. У него впереди выпускной класс, а потом поступление в университет. Сидя на уроке, он должен думать о том, что говорят учителя, а не о том, что там делают наложники в его отсутствии.
Пискнул принтер, оповещая, что работа закончена. Дэйчи бросился к машине, в лотке лежала копия книги, не только напечатанная, но и сброшюрованная! Дэйчи выхватил ее и, быстро перелистнув, прижал с восторгом к груди. Он был так счастлив, что даже этот самодовольный индюк не вызывал раздражения. Его Лабид, наконец-то был в руках! Какое счастье, прямо экстаз!
- Что это? – насторожился альфа и подошел посмотреть поближе. – Покажи! – он взял в руки пачку листов, от которых пахло свежей краской, с пластмассовой пружинкой по одному краю, – и что все это значит?
- Это копия последней книги Лабида, - с придыханием и восторгом сообщил омега. – Вы даже не представляете, как это много для меня значит. Эта книга, эти стихи… - Дэйчи прикрыл блаженно глаза, пытаясь подобрать слова, которые могли бы описать его восторг.
- Ты странный, – вынес свой вердикт альфа и сунул книгу обратно омеге в руки. - Хорошо, что через два года ты уедешь.
Айюб решительно вышел из кабинета Дэйчи. За дверью стоял Салах и подпирал крепким плечом дверной косяк. Глаза у него были потерянные. Отец хлопнул сына по плечу и жестом показал, чтобы тот шел следом. Выйдя на улицу, подальше от омег, он сурово посмотрел на сына.
- Ты выбрал себе странную игрушку, сын. Я надеюсь, ты не воспринимаешь ваш брак всерьез? – альфа заглянул в потерянные и мечтательные глаза сына и вздохнул. – Почему ты выбрал его? Я пытаюсь понять тебя и не могу.
- Он замечательный! – в голосе сына были такие же мечтательно восторженные нотки, как у того омеги, когда он обнимался с книгой. – Он такой красивый, такой умный, он такой необычный, и у него совсем нет недостатков, – Салах нахмурился, – может я его плохо рассмотрел? Ведь должны же и у него быть недостатки? Ты видел у него недостатки?