— Я думаю, издательство само попробует замять назревающий скандал, — Ясмин задумался. — Можно будет вытрясти из них в качестве компенсации азбуки и учебники на арабском. Издательство большое, им это вполне по силам!
— Какая красивая фотография! — Салах рассматривал обложку второго журнала. — Ты здесь красивый и сосредоточенный. Знаешь, ты, когда сильно увлечен, то волосы за уши закладываешь. Видишь? Интересно, у Рона есть сама фотография? — Салах с интересом смотрел на супруга.- Я бы в рамочку поставил на письменный стол.
‒ Не удивлюсь, если Рон после подобного наказания удалит все фото и записи, ‒ хмыкнул омега.
‒ Нет! Я с ним поговорю. Фото чудесные, просто они не для посторонних глаз. Этот журнал практически весь посвящен чудесным открытиям. Написана статья и о ранее практически закрытой для посторонних планете Сабах. Об истории колонизации нашей планеты и о закрытом обществе. И о том, что в последнее время на планету допускают иноверцев. А в эмирате Ад-Дин даже проводят экскурсии для туристов! Если верить этому журналу, то мы раньше были дикарями, и сейчас только-только встали на путь цивилизации! ‒ Салах выглядел обиженным.
‒ Не обижайся на них, ‒ Ясмин погладил его по плечу. ‒ Вы, действительно, ведете достаточно замкнутый образ жизни, а если люди чего-то не знают или не понимают, то начинают домысливать, придумывать то, что от них скрыто! Так рождаются мифы, но теперь, когда город посещают туристы, многие из них исчезнут сами по себе.
‒ А еще здесь есть фотографии наших городских стен и базара. А еще фото мечетей. И много статей о тебе! Твои коллеги пишут, какой ты талантливый и умный! ‒ Салах смотрел с восторгом. ‒ У тебя столько друзей! Они хвалят твои переводы, и почти все намекают на соавторство? Вот я не понял, как они могут быть соавторами, если даже книги в глаза не видели?
Салах удивленно посмотрел на то, как Ясмин сжал губы в ниточку.
‒ Друзья, как же! Напрасно они губу раскатали, я уже им всем ответил, что делиться находкой ни с кем не собираюсь! Это моя личная Золотая Рыбка! Надо будет отдать книгу на экспертизу в несколько лабораторий, чтобы они не смогли объявить книгу подделкой! Когда они поймут, что я никого не возьму в соавторы, то постараются сорвать мне защиту диссертации и обвинить в мистификации научного сообщества! Эти статьи воистину медвежья услуга со стороны Вилена!
— О-о-о, Вилен! — Салах зловеще засмеялся. — Моя месть ему будет поистине страшна!
— Ты его передашь семье? — Ясмин весь превратился в слух.
— Нет! — Салах улыбнулся. — Это было бы слишком просто! Кого Вилен боится больше, чем бубонной чумы?
— Жениха? — растерялся омега. — Ты его отдашь Юстасу?
— Нет! — альфа сверкнул глазами. — Я поступлю тоньше. Я разрешу Юстасу открыть в эмирате первую типографию. Маленькую и с условием, чтобы Юстас рабочих набрал из местных! Вилен так горит печатным делом? У Юстаса конечно же возникнет проблема с квалифицированным персоналом. Перед Виленом встанет дилемма или забросить идею с печатаньем книг и еженедельной газеты, или начать помогать Юстасу! Хочешь, не хочешь, а ему придется с ним общаться. Писать статьи, редактировать и все такое, что там еще делают в типографии? Помнишь, он всегда злился, что его не воспринимают как профессионала, и считают вздорной омегой? Это его шанс доказать что он профессионал, а не капризный мальчишка! Как говорится, за что боролся, на то и напоролся!
— Какой ты коварный, тигренок! — Ясмин потянулся за поцелуем. — Уверен, что к твоему воспитанию приложил руку жада! Узнаю знакомые методы!
— Хочешь соус? — улыбнулся альфа.
========== Профессор ==========
Утром Ясмин лежал в полудреме, ожидая, когда муэдзин пропоет азан. Он уже привык просыпаться под пение с минарета. А потом вспомнил! Они же на корабле! Открыв глаза, убедился, что Салаха уже нет в номере. За дверью послышались голоса альфы и Рона. Вставать не хотелось, но надо было успокоить сына. Ясмин вздохнув, отправился в ванную. Когда он оттуда вышел, в спальне его уже дожидался Азиз. Кровать была перестелена и заправлена. У двери лежало белье с кровати, пропахшее спермой и потом. У Азиза в руках был серый костюм для Ясмина.
— Нет, Азиз, не хочу сегодня костюм, — Ясмин не заметил, как капризно надул губки. — Принеси мне тунику и штаны. А вот на ноги придется надеть туфли с носками, в шлепках будет холодно! Принеси-ка мне черные замшевые!
Азиз с улыбкой поклонился и выскользнул из спальни. Вскоре он вернулся со всем необходимым и помог одеться. Ясмин вышел в гостиную, где Салах с Роном заканчивали завтрак. Ясмин сел рядом с мужем. Натертая попа отозвалась глухой болью, Ясмин на мгновенье скривился и, сбросив обувь, по привычке подогнул ноги. Рон, заметив, что бедному папе больно сидеть, посчитал, по собственному разумению, что это последствия наказания за его проступок. Его брови трагично сложились домиком. Дэйчи уже хотел было пояснить сыну, что ему не больно, но, увидев предостерегающий взгляд мужа, промолчал.
— Какие планы на сегодня? — светским тоном уточнил Салах у омеги.
— Я хотел бы найти профессора Матышковского, — Ясмин посмотрел на Салаха. — Он очень интересный человек, ездит с лекциями по институтам, а еще он известный археолог-востоковед, на его счету несколько интереснейших находок и научных открытий! В кругах востоковедов и литературных критиков он непререкаемый авторитет. Он что-то вроде белого слона! Существо легендарное, полумифическое и приносящее удачу! Я хотел бы дать ему прочитать мою докторскую. Мне было бы интересно послушать его мнение. Если бы он только согласился написать к ней рецензию! — Дейчи заломил от волнения пальцы. ‒ Это было бы просто восхитительно, нет, это было бы просто потрясающе! Может, он сможет уделить мне несколько минут своего драгоценного времени?
— Нам лететь еще четыре дня, — Салах накрыл рукой нервно сжатые пальцы супруга. — Конечно, вы с ним и встретитесь, и поговорите! Я уверен, он с удовольствием прочитает твою работу. Не забывай, что мы встретили его у нашей двери, а значит, он сам хотел с тобой познакомиться!
— Ты так считаешь? — Ясмин посмотрел на мужа с такой надеждой, что Салах был готов за шиворот притащить профессора к мужу.
— Хочешь, я его сейчас найду и приведу к тебе? — Салах встал из-за стола.
— Нет, не надо! — Ясмин попытался перехватить мужа. — Не надо! Вот сейчас закончу завтракать, и мы пойдем в гостиную Мазарини. Надо будет взять с собой работу, вдруг мы его там встретим, и я смогу уговорить профессора прочитать мою работу?
— У тебя все получится! — Салах улыбался, глядя на взволнованного омегу. — Неужели ты думаешь, что альфа сможет отказать в просьбе такому милому омеге, как ты?
***
Слова Салаха были пророческими. Профессор Збигнев Матышковский оказался очень дружелюбным и жизнерадостным человеком. Дэйчи приходилось с ним сталкиваться раньше. Но Збигнев на работе и во время отдыха были совершенно разными людьми. На работе он был собранным профессионалом, прекрасным лектором, который умел держать аудиторию в напряжении. Он всегда прекрасно чувствовал настроение людей и мог при случае разрядить ситуацию шуткой или анекдотом, которых знал просто бесконечное множество.
От Збигнева пахло укропом. Он восседал в кресле в одном из основных салонов - гостиной под названием «Мазарини». Она была отделана в красно-золотых тонах кардинальской мантии с большой помпезностью, впрочем, как и весь лайнер. Збигнев царил и правил! Он был в эпицентре всех разговоров и шуток. Он заигрывал со всеми омегами, и как-то умудрялся не раздражать при этом альф. Он каждому заявлял, что в его почтенном возрасте, а ему было семьдесят четыре года (!), он имеет право на улыбки всех омег в этой гостиной!
Он умело подшучивал над альфами, находя тот самый ключик к сердцу каждого из них, после чего они начинали считать его чуть ли не родственником. Профессор в первый же день, едва увидев Ясмина и Салаха на пороге «своей» гостиной, бросился к ним навстречу. Он очень корректно вел себя с Ясмином, даже не делая попыток прикоснуться к нему, хотя всем остальным омегам он с восторгом целовал ручки, осыпая комплиментами.