‒ Ну, это теперь, скорее, мой литературный псевдоним. ‒ Ясмин улыбнулся. – Теперь меня зовут Ясмин ай Салах ад Дин. Вы меня не узнали? Я ассистировал вам, когда вы приезжали с последними лекциями в институт.
‒ Простите старика, ‒ профессор смущенно улыбнулся. – Я не запоминаю временных ассистентов, мне приходится очень много путешествовать, но вас, уверен, я бы запомнил. Но, позвольте, вам должно быть лет тридцать, да и на фотографиях вы выглядите значительно старше.
‒ На фотографиях? – удивился Ясмин и посмотрел на Салаха.
Вместо ответа Салах положил на стол два последних номера литературного журнала. На их обложках были фотографии Ясмина. Глаза у мужа были просто ледяные от еле сдерживаемого бешенства.
Комментарий к О костлявой рыбке
сейфинг - услуга аренды банковской ячейки для хранения вещей, драгоценностей или документов, представляющих для их владельцев большую ценность.
- صباح الخير* - доброе утро
========== Преступление и наказание ==========
На столе лежали те самые два журнала, которые «взял почитать» Вилен. На первом фото Ясмин был запечатлен в библиотеке на фоне книжных стеллажей. Он был в домашней тунике, на голове у него была шейла, а в руках ‒ мелок. По всей видимости, его сфотографировали во время занятий с детьми. А вот вторая фотография была форменной катастрофой. На ней Ясмин сидел в своем кабинете, сосредоточенно набирая текст на ноутбуке. Мало того, что его сняли во внутренних покоях гарема, так он еще сидел на подушке за маленьким столиком в домашней одежде и с непокрытой головой! По законам Сабаха муж был просто обязан его наказать! Вплоть до развода!
Ясмин быстро перевернул журнал, и, тяжело сглотнув вязкую слюну, поднял взгляд на Салаха. Похоже, муж сдерживался из последних сил, чтобы выглядеть спокойным.
— Пап, правда, красивые фото? — Рон улыбался, пока не увидел, как побледнел родитель. – Пап, а что случилось?
— Я думаю, нам лучше вернуться в свой номер, — почти прошептал Ясмин.
Салах придержал его за локоть, помогая подняться.
— Вы сможете меня найти в гостиной «Мазарини»! — крикнул профессор вслед быстро удаляющейся группе.
Все молча шли в номер, только Азиз шепотом объяснял Рону, что именно произошло. У Ясмина ноги подгибались от страха. Салах ведь с ним не разведется после такого скандала? Или может он теперь решит, что не стоит иметь в мужьях такого опозоренного омегу? Разжалует его до простого наложника и наберет гарем? И ему придется сражаться за внимание альфы наравне с другими омегами? Сердце заходилось от неизвестности.
Все вошли в номер. Азиз по привычке уселся на колени возле двери. Ясмин упал на диван, ноги его уже совсем не держали. Альфы замерли в двух шагах от дивана, лица у них были суровы, а в глазах была, как ни странно, печаль. Как будто на их глазах сейчас будут наказывать несмышлёного ребенка, а они должны смотреть и не вмешиваться. Рон немедленно встал перед Салахом, загородив собой папу.
‒ Отец, папа ничего не знал! Меня Вилен попросил дать ему несколько папиных фотографий!
‒ Он сказал, зачем они ему? ‒ Салах смотрел сурово, Ясмин почувствовал, как у альфы пронеслась волна облегчения.
‒ Я не спрашивал, ‒ Рон смотрел в глаза честно. — Я не подумал, что от фотографий может быть вред. Папа не виноват, накажи меня.
‒ Разумеется, я тебя накажу. Из-за твоей неосторожности папа оказался неодетым перед посторонними людьми. Это позор в первую очередь для меня. Могут подумать, что мой супруг не дорожит семейными ценностями и не уважает меня как альфу.
‒ Но он ведь ничего не знал! ‒ заплакал Рон. ‒ Это я один виноват! Мне надо было спросить у Вилена, для чего ему нужны фото или спросить разрешения у папы. А я просто выбрал самые удачные и дал! Лучше меня накажи!
‒ Твое наказание будет соответствовать твоему возрасту, ‒ Салах подумал и хмыкнул. ‒ Когда приедем домой, я удалю из компьютера все твои игрушки и все твои аватары из игровых сетей. И заберу все игровые гаджеты и приставки. До каникул никаких игролендов, Луна-парков и прочих развлечений! Только учеба и серьезные книги!
‒ И с «Территории Титанов» удалишь? ‒ глаза Рона распахнулись, и он дрожащим голосом уточнил. — Но мой перс там глава клана! Без меня клан распадется! А как же ребята?
‒ Рональд, смысл наказания в том, чтобы ты осознал то, что натворил и больше не поступал так.
‒ Хорошо, ‒ буркнул Рон и надулся. — Ты папу не накажешь ведь?
‒ Накажу, ‒ Салах вздохнул и сурово сжал губы. Дэйчи, наверное, испугался, если бы не почувствовал накатывающую волну возбуждения альфы. Он понял, что сейчас муж просто говорит для зрителей. С тех пор, как Салах понял, что все произошло по нелепой случайности, альфа перестал злиться.
‒ И самое обидное, что мне придется наказать любимого мужа за то, что он не совершал, ‒ альфа тяжело вздохнул и прошелся по комнате в раздумьях. — Но закон един для всех, и я его обязан соблюдать, — Салах остановился на середине комнаты и сурово обвел всех глазами. — Законы действуют только тогда, когда все перед ними равны. А с наследника и его супруга особый спрос. По закону я обязан наказать супруга перед теми людьми, которые были свидетелями его проступка. Но раз мой супруг виноват только косвенно, поэтому я накажу его по всей строгости, но наедине, — альфы хмурились, но услышав последние слова, согласно кивнули. — Оставьте нас. Рональд, ты сегодня переночуешь в комнате Азиза.
— Но это несправедливо! — Рон вскочил с места и снова встал между Салахом и папой. — Папа не виноват! Если тебе так необходимо кого-то наказать, то лучше избей меня!
— По вине и наказание! — Салах поджал губы. — Рональд, папа позволил, чтобы ты его сфотографировал в неподобающем виде, это будет и ему наукой! Сын мой, ты, как ребенок омеги, вхож во внутренние покои гарема. Но тебе кто-нибудь разрешал снимать там? Неужели ты сам не понимаешь, что все, что попадается тебе на глаза и в объектив твоей камеры, это только для внутрисемейного просмотра? Я разрешал показать твои записи Ошая лишь потому, что он сам омега и вдобавок ко всему СВЯТОЙ! Вспомни, на каждом конверте с записью для Ошая я написал, что запись конфиденциальна и предназначена только для просмотра Ошая. Я просил его, чтобы запись не попала в чужие руки. Все твои записи Ошая возвращал мне, как правило, через неделю с посыльным, который передавал их мне из рук в руки! Ты оказался беспечным, и твой папа понесет за это наказание!
Рон стоял посреди комнаты, то бледнея, то краснея. Дэйчи понимал, как напуган и негодует его ребенок, но Рону надо взрослеть и задумываться о последствиях собственных поступков.