РЕЖИМ ЗВЕРЯ
ФИОНН
Приглушенный свет. Музыка долбит из колонок. В воздухе густой запах пота, пива и бурбона, пока я пробираюсь сквозь толпу. Крепче сжимаю ручку сумки и расталкиваю людей, галдящих и смеющихся в ожидании начала шоу.
Странно, что мне нравится эта атмосфера. Я же знаю, что будет дальше. Хотя, это не подобает такому, как я. Но, черт возьми, я обожаю бои «Кровавых братьев». Рваная плоть, которую предстоит сшить. Торчащие костей. Это грубо и дико. Кровавая суть человечества — вот она, спрятанная в этой дыре. Моя работа — стоять в стороне самодельного ринга, бежать на помощь этим отморозкам в чертовом заброшенном амбаре, но мне это нравится. Я достаточно близко, чтобы чувствовать этот животный адреналин, но достаточно далеко, чтобы не сорваться.
И, может, хоть ненадолго я забуду о Роуз.
Не могу отрицать, как сильно я её хочу. С каждым днем становится только хуже. Её заразительная улыбка. Её безудержный смех. Её дикая, непредсказуемая натура, ведь она не подчиняется тем же правилам, что и все остальные. Она чертовски красива, иногда просто больно на нее смотреть. Особенно, когда сидит за столом, уставившись в свои карты Таро, и челка падает ей на лицо. А как же красиво блестят её глаза, когда она смотрит на меня и дразнит. Как бы я ни старался сдерживаться, желание, которое я ощущаю к ней, разъедает мою волю.
Я чувствую, что теряю связь с реальностью. Как будто я не тот человек, которым пытался казаться. И это делает меня намного опаснее. Потому что Роуз знает, кто она, чего хочет, и насколько глубоко она готова уйти во тьму, а я до сих пор не знаю, на что способен. Или что произойдет, если я дам себе волю.
Я не могу ею рисковать. Не могу.
Мне нужно немного времени, чтобы во всем разобраться. Чтобы забыть о ней и окунуться в этот гребаный мир крови и кишок.
Добравшись до своего места у ринга, я ставлю сумку на шаткий раскладной стол и достаю свой белый халат и стетоскоп. Сразу же надеваю. Я давно усвоил, что нужно делать это в первую очередь, иначе получу в лицо за то, что занял самый лучший вид. Затем я протираю стол и достаю то, что понадобится — изопропиловый спирт, ватные диски, скальпель, латексные перчатки, набор для наложения швов. Раскладываю все на стерильной одноразовой салфетке.
— Доктор Кейн, — объявляет Том своим самым пафосным голосом, протискиваясь к столу, пока я расставляю табуретки. Он улыбается, показывая зубы с щелью спереди, потом смотрит на толпу. Это его шоу. Его логово. И он упивается каждым моментом этого хаоса. — Сегодня у нас отличный состав участников. Уверен, ты будешь занят.
— Я всегда занят, когда прихожу сюда.
— А сегодня, может, ещё больше, — подмигивает Том. — Фури и Натур будут первыми. Готов?
Волна адреналина пронзает меня. Киваю.
— Всегда готов, Том.
— Отлично, — он хлопает меня по плечу. Затем поворачивается к рингу, поднося микрофон к губам. — Кто в этой дыре готов увидеть настоящую драку? — кричит он, и его слова тонут в реве толпы, топоте ног и плеске пива.
За несколько лет я выучил этот ритуал наизусть. Том представляет бойцов. Толпа ревет, делает ставки, трясет деньгами. Взрослые дети Тома и несколько его работников собирают ставки. И пока Том озвучивает по микрофону минимальные правила, я готовлюсь. Все мое тело напряжено, хотя драться предстоит не мне. Начинается матч, и я переминаюсь с ноги на ногу на липком полу, словно отражая бой в клетке. Когда Натур бьет в челюсть, мой кулак сжимается до хруста. Когда Фури уклоняется от удара, моя голова дергается вместе с ним.
Бой длится все три раунда. После второго я наклеиваю Фури несколько пластырей, чтобы кровь не лилась ему на глаза, но к концу боя он уверенно шагает ко мне, чтобы я наложил швы. Его боль притуплена восторгом от победы. Его приятель приносит ему две бутылки пива, и он залпом выпивает первую. Я даже не пытаюсь говорить, что сейчас, возможно, не лучшее время для алкоголя, учитывая, что ему нужно наложить не меньше шести швов. Просто дезинфицирую рану и приступаю к работе, прокалывая его кожу и вытаскивая нить через крошечное, кровоточащее отверстие, завязывая каждый стежок точным узлом.
Я успеваю сделать только три шва, когда слышу знакомый голос.
— Привет, Док.
Сердце бешено колотится, когда я резко поворачиваю голову и вижу перед собой Роуз. Она кусает хот-дог, обильно политый горчицей, приправами и кетчупом. Её глаза блестят в полумраке, смотря на шок, отразившийся на моем лице.
— Роуз, какого черта ты здесь забыла?
Она пожимает плечами, не спеша пережевывая и проглатывая, потом вытирает рот и одаривает меня озорной ухмылкой.
— Решила посмотреть, чем ты тут занимаешься. «Швейные сестры» — это, конечно, здорово, но я подумала, что кружок макраме и спортзал — это не все твои увлечения, — она оглядывается и вновь смотрит на меня. — Видимо, я была права.
— Ты должна быть у Сандры, — протестую я, и волна беспокойства накрывает меня так, что меня начинает тошнить.
— Я и была у Сандры, недолго. Но мне стало скучно. Нельзя же все время работать над секс-качелями, — отвечает она, пожав плечами.
— Как… Как ты сюда попала?
— Ларри.
Вспышка гнева пронзает меня, словно удар молнии.
— Кто, нахуй, такой этот Ларри?