— Ну живы, уже хорошо. Докладывай обстановку.
— Курьера ждём завтра. Хотя в порт пришли две яхты, одна английская, вторая французская. Те это или не те, не знаем. Моряки на берег не сходили. Наших парочка в порту наблюдает за ними. Кстати, благодарю вас за кавказских ребят. Они оказывается вполне сносно говорят на арабском. Это нас здорово выручило.
— План прежний? Или что-то прикидывали по месту?
— План такой. После обмена проводник с караваном выведет нас через Алжир в Тунис, если хвост будет серьёзный. Если нет, то в Алжире есть местечко, где обитают контрабандисты. Фрахтуем местную «калошу» и вперёд к родным берегам. Хотя Тигран предлагает идти в Турцию, у них по прошлым делам есть там люди, говорит, что в помощи не откажут.
— Пётр Кузьмич, договаривайтесь по первому плану, но сделаем не так. Пройдём петлёй.
— Отправляйте сегодня четверых, одного со знанием арабского языка, в Асилу. Пусть там найдут контрабандистов с хорошей быстроходной посудиной. Вот там и будут нас ждать. Чувствую не отпустят нас просто так. Пойдём обратно в Испанию. От нас такого хода не ожидают наверняка.
На следующий день мы встретились с посредником. Встреча была назначена в портовом кабаке. Посредник зашёл в помещение и занял пустой столик. Одет он был в партикулярный костюм, а в руках газета со статьёй об убийстве Ротшильдов. Без сомнения это был офицер, военных по выправке видно сразу. Я сидел за угловым столом и наблюдал. На мне был не только грим, на спину под одежду я привязал небольшой плоский мешок. Этот нюанс превращал меня в горбуна. Очки скрывали настоящий цвет глаз. Через пять минут в кабак зашёл Ахапов и подал мне условный знак, значит хвоста за посредником пока нет. Я встал и подошёл к столику с посредником.
— Добрый день, мсье, думаю вы ждёте меня, — говорил я на французском языке.
— Возможно. Если у вас есть то, что мне нужно, то я жду вас, — ответил посредник на таком же языке, рассматривая меня прищуренным взглядом.
— Тогда стоит посмотреть товар, который вы доставили и можно приступать к обмену.
— Я хочу убедиться в том, что женщины живы.
— Здесь условия устанавливаю я. Мы смотрим груз, если он соответствует, производим обмен. Шуток никаких не воспринимаю, если вы думаете будто можно совершить захват. Дамам просто отрежут головы. И кстати у вас явный акцент. Вы англичанин?
Он явно злился, ничего не ответив, только брезгливо поморщился. Несколько минут он смотрел на меня, видимо пытаясь запомнить.
— Кто вы? У вас отсутствует какое-либо понятие чести. Какова ваша цель? Чего вы добивались? Вы наёмник?
Вы правы я «солдат удачи». Кто заказал убийство, вы и сами догадаетесь. Есть соперники у этой семьи. А кто они, говорить не стану. Слова о чести приберегите для балов и приёмов. Мне заплатили за работу, я её сделал. А женщин прихватил, чтобы увеличить свой гонорар, — ответил я, не показывая раздражение.
Видимо я шокировал его своими словами, он раскрыл рот и молчал. Кстати, об оплате я совсем не лукавил, ведь удалось же купить акции по бросовой цене. Так что вполне мог считать себя богатым человеком. С посредником договорились о встрече, где мы осмотрим все драгоценные камни. Закончив разговор, я встал, собираясь уходить.
— И не глупите. Если моих людей схватят при осмотре камней, то грустить придётся вдовам потеряв дочерей, — добавил я, прежде чем уйти.
— Мы сдержим условия, но после передачи, вас будут гнать, как бешеного пса, — злобно произнёс посредник, а я в ответ улыбнулся.
Вот на такой «дружественной» ноте мы и расстались. Вернувшись на конспиративное жильё, накрутили, морально конечно, ювелира. Это был испанский еврей Данашу бен Лабрета. Ему пояснили, что от него требуется только оценить товар. Если он будет вести себя плохо, то его семью вырежут, а если хорошо, то ему ещё и заплатят.
Июнь 1902 год. Бегство из Марокко.
Не зря я Ахапова в разведку забрал. Офицер действительно достойный, легко обучается. Место для обмена они заранее присматривали. Выбрали дом в самом густонаселённом месте Лараша, причём это была самая высокая точка по ландшафту. Постарались предусмотреть по максимуму различные ситуации. На место со мной пришли шесть бойцов. Одного я выставил на крышу с биноклем для наблюдения. Пришли посредники и принесли товар. Два больших чемодана с драгоценными камнями. Ювелир приступил к оценке. Ахапов остался в доме, а я поднялся к наблюдателю.
— Ну что видишь? — обратился к казаку шёпотом.
— Моряки и солдаты, я высмотрел около двух взводов. По улице не уйдём, прижмут, — чуть слышно отчитался наблюдатель.
Я задумался, по сути, мои действия никуда не годятся. Всё делаем на грани фола. Это называется непрофессиональное поведение. Но я и раньше не брал заложников, даже в прошлой истории. Так что работаем чисто на импровизации. Везёт мне по простой причине нет опыта у местных в таких проделках «бармалеев». Не берут пока что арабы заложников в Европе. Ну и цинизм ещё не вырос до такой стадии, как в моей прошлой жизни. Бы у меня приготовлен сюрприз славным английским джентльменам, ну или французам. Повернувшись к наблюдателю, приказал посигналить нашему наблюдению в квартале от нас. Системам сигналов я давно начал обучать разведчиков. Требовалось чтобы группа прикрытия освободила проход в оцеплении. А то, что оцепление есть я не сомневался. Я спустился с крыши. Ювелир всё ещё ведет осмотр камней. В комнате находились пять человек от посредника и четверо моих плюс ювелир. Со мной заговорил посредник.
— Ну что же, «солдат удачи», может пора познакомится? Я Уолтер Лесли. Занимаюсь в некотором смысле безопасностью семьи Ротшильдов. И да, вы правы я не француз, — он говорил действительно с акцентом, значит англичанин и скорей всего бывший военный.
— По миру я известен, как Жан Поль Бельмондо. Выполняю щекотливые поручения за очень, очень солидный гонорар. Знаете, Уолтер, я предполагаю, что вы взяли в кольцо оцепления это место. Я прав?
— Вы догадливы, мсье Жан. Вас окружили плотно, ко всему прочему мне поможет гарнизон Лараша. Но схватить вас сейчас, значит обречь на смерть заложниц. Патовая ситуация, не находите?
— Ничуть. Я привык рисковать. Схватить меня не так просто. И действительно вы не будете рисковать дамами. Но вы нарушили правила игры. А значит вы сейчас пошлёте человека на яхту, и он принесёт сто тысяч в денежном эквиваленте. Будем считать, что вы оштрафованы, — произнёс я речь с улыбкой на лице.
Беднягу Лесли видимо огорошила моя наглость, лицо его покраснело и молчание затянулось на несколько минут. Пока джентльмен собирался с мыслями, я подозвал Мелехова и шепнул ему фразу «По крышам». Такой вариант мы рассматривали, планируя свои действия. С крыши дома, в котором находились мы, можно перепрыгнуть на соседний дом. Расстояние между домами не больше трёх метров. Видимо есть причины строительства домов в жарких странах. На таких узких улочках всё время сохраняется тень. Таким способом, прыгая с крыши на крышу, можно передвигаться достаточно далеко. Мои люди были отлично натренированы в физическом плане. Наши оппоненты ещё не знали, что женщины были спрятаны, здесь в подполе. А иначе здесь уже пасла бы нас целая армия. Лесли справился со своим гневом и послал своего человека за деньгами.
На улице стемнело, когда наш ювелир закончил осмотр камней. Сумма сходилась в плюс или минус. На чём было решено не заострять внимание обеими сторонами.