В Россию с любовью: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, но на бегу. — Её лицо расплылось в улыбке. Ур-ра, нутром выбрал единственную выигрышную стратегию, экзекуция откладывается. — Девочки, пойдёмте, я угощаю! Так сказать, проставляюсь за то, что неправильно вас поняла.

— Вот это другой разговор! — поддержала Селена.

Глава 21

Снайпер

— Привели его к царице и говорят: «Вот, матушка, не проявил должного уважения. Наказать надобно. Что делать?» А царица была в хорошем настроении и отвечает: ' Ах, оставь его'. И с тех пор наш род так и зовётся, Астафьевы. А другая говорит: «А через нашу деревню тоже царица-матушка проезжала. Только была в плохом настроении. И наш род носит фамилию Ипатьевы».

Гогот и ржач за столом. Смеялась, за компанию, аж прихрюкивая, даже сама Машка, забыв, что она царевна. Я успел ей шепнуть, чтобы не палила хату, что я — боярич (как и она, разумеется). Игра ей понравилась, и сестрёнка даже вошла во вкус. Наверное, мало сталкивалась с тем, что её не узнают/не знают. И не оказывают соответствующие почести. Это её завело, она расслабилась и начала творить дичь, которая недостойна высокого звания принцессы крови. Пока это выражалось только устно, в том, что трепала языком так, что я склонил голову в знак уважения. Не прям: «Сэнсэй, возьмите в ученики», но как минимум мастерство, достойное уважения. Анекдоты из неё сыпались, как из Рога Изобилия, и все были с душком на грани пошлости, а то и за гранью. И если мне есть на кого показать пальцем за то, что знаю эдакое с перчинкой (да, палец уткнётся мне в грудь, ведь это во мне сидит пришелец из параллельного мира), то откуда таких вещей набралась она, этот юный дворцовый цветочек?

— А вот ещё одну историю знаю, девочки на сборах рассказали. Короче, приходит как-то монашка к царице…

Машка жгла. Отрывалась по полной, а потому не жестила с наездом на мою персону — была благодарна за такое развлечение. Я же… Больше сидел и смотрел на девчонок, на их общение, и делал свои выводы. Одна — княжна, причём Великая, то есть член фамилии правящего дома. Другие — потомственные дворянки. А по сути, с поправкой на сословие, обычные девчонки-девчонками! Озабоченные до сего момента Зайки, ибо находились на охоте, потеряли охотничий раж, и превратились в таких же, как сестрёнка, простых хохотушек.

— А мы раз с подругами в тайгу пошли, на медведя. Сказали, шатун завёлся, в паре деревень его видели — нужны были сильные одарённые… — А это начала рассказывать что-то Селена.

Подружки-хохотушки, обычные девчонки — всё это так. Но каждая из них способна убить медведя. Без оружия, голыми руками (и фигурами). Медведя-шатуна, Карл! Вот такая писюха пятнадцати лет от роду! А Машка — так вообще сжечь косолапого, движением пальца. На это надо делать поправку в общении с ними… Но даже так смотрелась их беседа мило.

— Получается, вы регулируете численность хищников? — узнавала что-то для себя новое царевна.

— В общем да. Если в округе появляется большая стая волков, боярыня объявляет вольную или загонную охоту, и все желающие могут поучаствовать. Или шатуны, как в тот раз…

Сибирь — дикая, параллельно сделал такой вывод. Гораздо менее заселена, чем в мире «я». Даже Урал, который как бы ближе, и тот заселён слабо. По улицам Тагила ходят лоси и кабаны. А это крупный город, тысяч пятьдесят населения! Крупнее на Урале, закономерно, только Пермь, да Софьеград, аналог где-то расположенного Екатеринбурга.

— А чем вообще там занимаетесь, дома? — А это уже я интересуюсь.

Зайки переглянулись.

— Честно? — грустно усмехнулась Селена. — Скучно у нас. Все развлечения — это охота, да рукомяч. Наша команда в Лиге Урала, до Вышки не дотягивает, но когда домашние матчи — половина города на стадион ходит поболеть. А так салоны, спектакли единственного в городе уездного театра, да ярмарки осенью и весной. Вроде всё.

— Даже погулять по большому счёту негде, — пожаловалась и Соль. — И с возлюбленной сходить некуда.

— Возлюбленной? — Я непроизвольно нахмурился.

— Столица! — как бы сестре пояснила Селена мою тёмность и отсталость.

— Саш, знаешь, какие у нас проблемы с мальчиками? — в ещё большей грустной улыбке развела губы Соль. — Вам в многолюдной Москве не понять. В городе всего пятьдесят тысяч человек с детьми и стариками. Все друг друга знают, все друг другу какие-то, да родственники. Мальчик только рождается, а за него уже идут баталии: в какую семью его отдать, с кем породниться. Бывает, до войн доходит! Или дуэлей. Смертельных.

— О как!

— А потому, — продолжила Селена, — когда он подрастёт до четырнадцати, все уже знают, с кем он будет, как, за сколько, в смысле какое приданное и какой выкуп. И если ты подойдёшь к такому познакомиться и, как ты сказал сегодня, покуражиться — нарвёшься на вызов на дуэль или от его семьи, или от его будущей семьи, или от обеих сразу. И это хороший выход, ибо хуже, если начнётся война между семьями и родами. Там без смертоубийства сто процентов не обойдётся.

— Потому мы с сестрой ни разу не целовались с мальчиками! — произнесла Соль и густо покраснела.

— Только с девочками? — поддел я, но Зайкам смешно не было.

— Да, — кивнула Селена. — Первый раз мы с сестрой встречались каждая сама по себе. Я с одной из купеческого сословия, Соль с младшей бярышней из Верхотурских. Но оба свидания закончились… Неудачно. — Грустный-прегрустный вздох.

— Вы были ещё слишком маленькими и неопытными для настоящих взрослых свиданий, — поняла Машка и расплылась в ехидной улыбке.

— В общем, да, — согласилась Соль. — Потом поняли, что не хотим серьёзных отношений, но с кем-то же встречаться надо? И завели себе… В общем, одну на двоих. Встречались втроём.

— Долго?

— Ну, пару месяцев. Как раз до отъезда в Москву.

— Причём она из замужних! — хохотнула Селена.

— И семья мужа это стерпела? — не понял я.