Я закатила глаза при упоминании моего приёмного брата, Джоне.
Касс была влюблена в Джона с тех пор, как мы все были детьми.
Казалось, у неё в голове не укладывалось, что этому не бывать вообще никогда.
По многим причинам.
— Джон — гей, Касси, — сказала я, вздыхая. — Мы обе знали, что Джон гей, с тех пор как нам исполнилось двенадцать. Не хотелось бы тебя огорчать, но он всё ещё гей.
— Касс, — поправила она, нахмурившись ещё сильнее. — Не называй меня Касси. Я ненавижу это.
Я поборола порыв снова закатить глаза.
— Прости. Забыла.
— Прошло всего лишь… сколько? Пять лет? — проворчала она. — Я даже большую часть старшей школы не представлялась как Касси.
Сделав глоток пива, я ничего не ответила.
Вместо этого я взглянула на мистера Голубые Глаза, который явно наблюдал за нашей перепалкой. Его глаза светились неприкрытым любопытством, как будто он пытался понять, о чём мы говорим, или, может быть, что-то в динамике между нами заворожило его.
В любом случае, сейчас он вообще не утруждал себя попытками скрывать свой интерес.
Я уже собиралась оттащить Касс в какой-нибудь другой угол комнаты, может, просто чтобы передохнуть от всех этих пристальных взглядов и молчания… когда мистер Голубые Глаза удивил меня. Как будто зная, что я собираюсь уходить, он направился прямо к нам, обойдя несколько других скоплений людей, чтобы добраться туда, где стояли мы с Касс.
Я оглянулась назад, может быть, просто чтобы перестать пялиться, но увидела только уродливый, коричневый как дерьмо диван, рядом с которым мы стояли последние двадцать или около того минут. Кто-то придвинул диван к одной из стен, предположительно, чтобы освободить место для большего количества людей. Для нас с Касс это было относительно безопасное место по сравнению с хаосом у сцены.
Парень с чёрными волосами и поразительно светло-голубыми глазами, казалось, едва замечал других завсегдатаев вечеринки, мимо которых он проходил, и неважно, насколько скудно они были одеты. Он, казалось, также не замечал людей на соседнем танцполе.
Он подошёл прямо ко мне.
Он двигался уверенно, как и сказала Касс… почти так, как будто мы знали друг друга.
Следующее, что я помню — он протянул мне руку, одаривая этой убийственной, сексуальной улыбкой из-под растрёпанных чёрных волос. Признаюсь, я почувствовала эту улыбку и свет его голубых глаз кое-где намного ниже моего мозга.
Касс была права.
Я действительно питала слабость к темноволосым парням.
— Привет, — сказал он, как только я приняла его протянутую руку. — …Я Джейден.
Глава 2. Избегание
«Она кое с кем познакомилась».
Ревик произносит слова в тишине, словно обращаясь к голубому небу.
Его мысли ненадолго уносит Барьерный ветер.
Когда никто не отвечает, он оглядывается по сторонам, не уверенный, один он или нет.
Барьерные пространства могут сбивать с толку подобным образом.
Согласно его представлениям, он стоит на травянистом поле, усеянном дикими цветами.
Это похоже на места, которые он помнит из физического мира, пусть и отдалённо, скрывающиеся на задворках его сознательной памяти. Определённо Азия. Тибет. Какая-нибудь другая часть Китая. Может быть, даже какая-нибудь часть Индии… северная часть, такая как Касмир, или Ладак, или Сикким.