Ценность этого со временем уменьшилась, особенно у молодого поколения видящих.
Особенно у поколения Ревика. У видящих после Первого Контакта.
Они хотели выжить.
Всё больше и больше они также хотели отомстить.
«Снова впадаешь в философию, брат?»
Нежные мысли зарождаются у него за спиной.
Ревик поворачивается.
На самом деле, он переключает внимание своего источника света, но это выражается в том, как он поворачивает свою Барьерную голову, фокусируясь на дереве, под которым он стоит.
Вэш сидит босой, прислоняется к стволу этого дерева, в одеянии песочного цвета. Он подкладывает часть этого халата себе под ноги, поднимает глаза на Ревика и улыбается.
«Не лучше ли тебе присесть, брат?» — вежливо говорит он.
Ревик колеблется… ровно настолько, чтобы увидеть, как тёмные глаза старого видящего вспыхивают золотистым светом, отражающим заходящее солнце.
Даже с того места, где он стоит, Ревик видит выцветшие от солнца и возраста волоски на руках старого видящего, шрам на предплечье, о котором Вэш однажды сказал ему — он получил его в детстве, ещё до того, как люди узнали о видящих как о расе и просто называли их дьяволами.
И снова сама детальность иллюзии приводит его в трепет.
Он подходит и чувствует, как трава сминается у него под ногами.
Добравшись до того же переплетения корней, он опускается, скрестив ноги, и садится прямо напротив старого видящего.
«Ты сказал, она с кем-то познакомилась?» — теперь в глазах Вэша появляется проблеск юмора.
Ревик пытается улыбнуться в ответ, но слова другого мужчины делают улыбку натянутой, неубедительной.
«Да», — только и говорит он.
Ревик теперь закрывает щитами свой свет, по крайней мере частично, а вместе с ним и свой разум.
Он знает, что с таким видящим, как Вэш, усилия, скорее всего, тщетны.
«Ты этого не одобряешь», — замечает Вэш.
На самом деле это не вопрос.
Ревик негромко щёлкает языком, уже раздражаясь. «Я этого не говорил. На самом деле, это не моё дело — одобрять или не одобрять, не так ли? Она взрослая».
«И всё же, твоё поведение явно подразумевает, что у тебя сложилось определённое мнение, — мягко замечает Вэш. — Я ошибаюсь, думая, что тебе не нравится её выбор ухажёра?»
Ревик качает головой. «Нет».
Молчание между ними сгущается.
Вэш усмехается.
«Мне будет трудно отчитаться перед Советом о благополучии твоей подопечной, если твои мысли по этому поводу останутся в секрете, брат. Это всё, что ты планируешь рассказать мне о данном новом событии?» — в его голосе слышится слабый упрёк, но в основном это звучит как поддразнивание.
Ревика это всё равно раздражает.
Он качает головой.