Он почувствовал, что она хочет исчезнуть, как иногда делал он сам.
Это напугало его до чёртиков, когда он увидел это в ней.
Это чертовски напугало его, когда он почувствовал, что она хочет умереть.
Слёзы навернулись на его глаза.
Он поднял глаза, избегая взгляда видящего, вместо этого уставившись в потолок.
— Я чертовски ненавидел её. Годами. Я винил её в его уходе…
— Кого, брат? — сказал Торек. — Кого ты винил?
Ревик только покачал головой, не отвечая.
— Они все притворяются. Все они. Они все просто полны дерьма. Они притворяются…
— Притворяются чем? Что за притворство?
— Забота, — сказал Ревик, глядя на него. — Они притворяются, что им не всё равно, но на самом деле им насрать. Я чертовски уверен, что им на меня наплевать. Все они чего-то хотят…
— Чего они хотят?
— Я не знаю. Половину времени я, бл*дь, даже не знаю. Я просто чувствую это. Я, бл*дь, чувствую это. Они чего-то хотят. Они чего-то хотят от меня.
Торек кивнул, не дрогнув от эмоций в голосе Ревика.
— Они хотят этого только от тебя? — спокойно сказал Торек далее. — Или ты думаешь, что никто никого не любит, брат? Ты думаешь, что всё это просто видящие, использующие других видящих?
— Нет, — свет в глазах Ревика исказился от замешательства, даже когда боль в груди усилилась. — Нет. Я не верю, что…
— Значит, ты думаешь, дело только в тебе? — продолжал Торек, и его голос стал более мягким. — Ты думаешь, они все просто чего-то хотят от тебя? Что тебя нельзя любить?
— Я не знаю.
Торек продолжал поглаживать его кожу, массируя плечи, лаская волосы, затем подбородок и лицо. Ревик лежал, желая, чтобы это так или иначе закончилось, чтобы эта штука внутри него раскололась, чтобы его оставили в покое. Ему было всё равно, будет ли это больно; ему было уже плевать.
Если это означало, что потом всё, наконец, закончится.
Ему хотелось просто опустошить себя. Ему хотелось просто сломать то, что внутри него отказывалось отпускать.
Если они хотели, чтобы он был один, почему он должен был так сильно это чувствовать?
Почему он не мог просто забыть об этом?
— Ты всё ещё ненавидишь её, брат? — мягко спросил Торек. — Эту персону, которую ты винишь в том, что твой возлюбленный бросил тебя?
Ревик обдумал свои слова.
Он подумал об Элли, о том, как сильно он старался держаться от неё на расстоянии. Он вспомнил, как сильно хотел этого. Он даже попросил Вэша о помощи, чтобы их света не слишком переплелись.
Где-то по пути он проиграл и эту битву.
— Нет, — сказал он, качая головой. — Нет. Я не ненавижу её.
— Ты не ненавидишь?
— Нет, я… я люблю её.