– Я хочу выяснить, что произошло с моим мужем.
– Это все? – с иронией произнес он.
– Да, – ответила она без иронии.
– Давайте посмотрим, что я смогу сделать. К следующей неделе вас устроит?
Теперь она поняла.
– Мистер Гулотта…
Он захлопал в ладоши:
– Послушайте, не думаю, что я в конечном итоге нужный вам человек. Не думаю, что человек, который помог бы вам, найдется во всем департаменте… Черт, в правительстве в целом! Еще раз назовите имя вашего мужа.
– Александр Баррингтон.
– Ни разу не слышал о нем.
– Вы работали в Государственном департаменте в тысяча девятьсот тридцатом году? Тогда он как раз эмигрировал с семьей.
– Нет, я тогда учился в университете. Но дело не в этом.
– Я рассказывала вам…
– О да, непредслышанные обстоятельства.
Татьяна повернулась, собираясь выйти, когда почувствовала на плече его руку. Он вышел из-за конторки и встал рядом с ней:
– Не уходите пока. Рабочий день заканчивается. Почему вы не пришли раньше?
– Мистер Гулотта, я приехала из Нью-Йорка на пятичасовом утреннем поезде. У меня только эти два выходных, четверг и пятница. До этого времени я колесила между зданиями Государственного департамента и Министерства юстиции. Вы первый служащий, беседующий со мной. Потом я отправлюсь в Белый дом.
– Полагаю, наш президент занят. Что-то вроде высадки в Нормандии. Я слышал, идет война.
– Да, – сказала Татьяна. – На этой войне я была медсестрой. Я и сейчас медсестра на войне. Могут ли Советы вам помочь? Они теперь наши союзники. Вам необходимы некоторые данные. – Она схватилась дрожащими руками за ручки детской коляски.
Сэм Гулотта с удивлением взглянул на нее.
Татьяна была готова сдаться, но у Сэма были добрые глаза. Внимательное, сочувствующее лицо.
– Посмотрите досье, – продолжила она. – У вас ведь есть досье на тех, кто эмигрировал в Советский Союз? Сколько там может быть человек? Посмотрите его досье. Может быть, что-нибудь найдется. Сами увидите, что он уехал из Америки маленьким мальчиком.
Сэм неопределенно хмыкнул:
– Ладно, допустим, я загляну в это досье и узнаю, что да, он уехал из Соединенных Штатов маленьким мальчиком. Что из того? Вы и так это знаете.
– Возможно, будет что-нибудь еще. Советский Союз и Штаты имеют связи, да? Может, вы узнаете о том, что с ним случилось. Определенно.
– Что я смогу иметь более определенное, чем свидетельство о смерти? – пробормотал Гулотта и сказал громче: – Ладно, допустим, я каким-то чудом выясню, что ваш муж жив. Что дальше?
– Позвольте мне самой побеспокоиться о том, что дальше.
– Приходите завтра утром. – Сэм вздохнул. – Приходите в десять. Я попытаюсь найти это досье. В каком году, вы сказали, уехала его семья?
– В декабре тысяча девятьсот тридцатого, – наконец улыбнувшись, ответила Татьяна.
Она остановилась с Энтони в маленьком отеле на С-стрит неподалеку от Государственного департамента. Ей понравилось снимать номер в отеле. Ни волнения, ни отказа, ни требования предъявить документы. Ей нужен был номер, она заплатила три доллара и получила приятный номер с ванной комнатой. Так просто. Никто не посмотрел на нее косо, даже услышав русский акцент.
Конец ознакомительного фрагмента.