Я намеренно не оглядывалась. Я не хотела видеть, как Мэдди заходит в церковь вместе с родителями Такера, или встречаться взглядом с Джен. Рой по-прежнему казался мне нейтральным, как будто сохранял позицию Швейцарии рядом с братьями Такера, но я не смогла бы выдержать, если бы он смотрел на меня как на девушку, пытающуюся вернуть его сына.
Или на девушку, которая встречается с его сыном? Такер больше не мой, и мы сходили на одно-единственное свидание. Это не было бы изменой, если бы он виделся с кем-то ещё. Это просто было бы ужасно, невероятно больно.
Он опустил задний борт грузовика и жестом указал.
— Садись. Я схожу за аптечкой.
Мне удалось устроиться на краю борта, хотя и не слишком изящно. Я подоткнула платье под бёдра и посмотрела на свои ноги. Да, колени выглядели отвратительно. Как стыдно.
Такер вернулся с аптечкой и поставил её рядом со мной, роясь в поисках бинтов и антисептика. Он достал бутылку воды и поморщился.
— Салфеток с антисептиком нет, но мазь должна подойти, если мы сначала промоем. Сними сандалии.
Я посмотрела на свои босоножки на ремешках. Когда он стал таким осторожным?
— Это просто ссадины, Так.
— Любая царапина — это риск инфекции. — Он поднял брови. — Сандалии?
Я наклонилась, сняла босоножки и бросила их рядом с собой в кузов грузовика. Он открутил крышку бутылки с водой и полил на одно колено, потом на другое. Я резко вдохнула, когда он промокнул колени сухим полотенцем, отчего замер и посмотрел на меня.
— Не больно, — сказала я. — Просто немного щиплет.
Он продолжил.
— Как твои щиколотки?
— Заболят позже. Ты же знаешь, как это бывает.
Он кивнул, аккуратно открыл пластырь и прижал его к моему колену.
Мне нужна была тема для отвлечения. Его пальцы были слишком мягкими. Слишком нежными.
— Эти дурацкие муравьи. Ненавижу их. Честно говоря, я уже забыла о них. В Калифорнии муравьи совсем не кусаются. Там они безобидные. Раздражают, но не кусаются.
— Южные муравьи слишком дерзкие.
— Да уж, как и южные женщины.
Такер взял мою щиколотку, выпрямляя ногу, и вытер голень. Его пальцы, крепко сжимающие мою щиколотку, посылали какие-то древние сигналы в мой организм — такие, от которых перехватывало дыхание. Напряжение сковало меня.
— Тётушки доставляют тебе проблемы? — спросил он.
— Нет, не совсем. Честно говоря, я едва их видела, если не считать похода в гости к Гейблам на ребрышки. Чудо, что они до сих пор не объединились, чтобы закидать мой дом яйцами или не начали собирать подписи за то, чтобы выдворить меня из города.
— Никто так сильно тебя не ненавидит, Джун.
— Не настолько, возможно.
Он поднял взгляд от моей ноги, наклонил голову и внимательно посмотрел на меня.
— Тебя вообще никто не ненавидит.
Этот разговор был уже старой песней.
— Так, значит, Мэдди здесь.
Он снова посмотрел на колено, открыл тюбик с мазью и снял с него колпачок.