— Так как же Игорь должен помочь тебе, Патрик? — спрашивает Данте.
Все это внезапно щелкает у меня в голове. Выдать свою дочь замуж за русского, дочь, у которой есть сын от старшего ДиАнджело.
— Лиам.
— Верно, — Патрик ухмыляется. — Использовать своего ублюдочного внука, чтобы заставить Данте отказаться от своего места.
— И что? Женитьба Роуз на Игоре была просто призом за примирение или что-то в этом роде? — он мог использовать моего сына, независимо от того, была ли Роуз замужем за свиньей или нет.
Патрик фыркает. — Игорю нужна была эта девушка.
— Часть сделки, — добавляет Игорь.
— И продать ее в секс-индустрию? — огрызаюсь я. — Это тоже было частью сделки?
Игорь прищуривается на Патрика. — Ты мне этого не говорил.
— Теперь это не имеет значения, — Патрик отмахивается от комментария, как от надоедливой мухи. — Тебе нужна была девственница. Она была грязным товаром, когда я нашел ее в Италии. Если бы я знал, что Майкл был отцом ребенка, мне бы не пришлось ее продавать.
— Тебе бы не пришлось выдавать ее замуж за Игоря, — говорит папа. — Мы могли бы обсудить свадьбу Майкла и Роуз.
Игорь прищуривается на нашего папу, но молчит.
Патрик усмехается. — Ты бы не уделил моим требованиям времени. Я хочу твое место. Ты что, не понимаешь? Как будто ты откажешься от него без небольшого… убеждения.
— Теперь я слушаю.
Патрик замолкает, похоже, действительно обдумывая предложение папы. Игорь замечает и рычит. — Какого черта ты думаешь, О'Лири? Девушка теперь замужем за мной.
Патрик наклоняет голову в сторону русского, но не отрывает взгляда от моего отца. — Пока это разрешение не будет подано, она не будет. Что ты задумал, Данте?
— Выдать Роуз за Майкла. Сделать их сына законным наследником обеих наших семей.
— А твое место?
Папа сжимает челюсти; боль на его лице ясна как день, и я знаю, что он скажет «да».
Но прежде чем папа успевает сдаться, Игорь бросается вперед, стальное лезвие ножа в его руке отражается во флуоресцентных лампах.
Время замедляется, и одновременно происходит несколько событий.
Роза издает крик, когда Игорь вонзает нож ей в бок. Я кричу и толкаюсь вперед, отчаянно пытаясь добраться до нее. Кровь мгновенно окрашивает ее белое платье. Патрик подсознательно отпускает ее, и она падает на землю, сжимая руками бок, где кровь просачивается сквозь пальцы, как вода сквозь бумагу.
Патрик замахивается пистолетом на Игоря и стреляет. Русский отступает назад, врезаясь в стол, на котором стоят десятки церемониальных свечей. Он падает на землю, и пламя поджигает кружевные занавески, поднимаясь высоко к потолку за считанные секунды.
Второй выстрел раздается в воздухе, и тело падает рядом со мной, но я не могу сказать, кто это. Я сосредоточен исключительно на Роуз, которая лежит всего в нескольких футах от меня. Я тянусь к ней. Она видит меня и тоже пытается дотянуться. Слезы каскадом льются по ее лицу, когда она произносит мое имя.
Края моего зрения темнеют.
Боже, я действительно люблю ее. Я хочу иметь возможность говорить ей это каждый день, если мне представится такая возможность, но для меня нет искупления. Никакого чуда, которое можно было бы даровать мне. Моя порочная жизнь подошла к концу. Мои темные решения всегда вели к этому моменту. Я просто счастлив, что на мгновение мне посчастливилось узнать ангела и быть любимым ею.
— Моя маленькая роза, — шепчу я на выдохе. Я люблю тебя, Роуз.
Моя душа чувствует себя умиротворенной. Даже мои демоны замолкают, когда тяжесть, которую я никогда не знал, наваливается на меня, крадя мое дыхание. Тьма налетает, тянет меня вниз, и я больше ничего не знаю.
Роуз
Неделю