Роковой год цесаревича Николая: читать начало книги онлайн

Январь

2 января. Гатчинский замок

— Я завидую тебе, Сандро! — воскликнул Ники, одним стремительным движением выхватывая любимый кий из стойки. — Ты живешь настоящей, яркой жизнью! Повидал весь мир. Тропическая тайга Рио и курильни опиума в китайском квартале Сингапура… Пальмовые рощи Фиджи и крокодильи пироги в Австралии… Ты видел всё! Хотел бы я быть на твоем месте… Взять да и уйти в кругосветку, и гори всё синим пламенем!

Сандро, примериваясь к оставшимся киям, пожал плечами:

— Ты тоже был на Востоке.

Ники нетерпеливо отмахнулся:

— Это не то! — Он подошел поближе к японской композиции, украшавшей стену бильярдной: длинный самурайский меч тати, подаренный цесаревичу аристократом из дома Токугава, а ниже, под мечом, — шелковая шпалера Инуоумоно с изображением традиционной охоты на собак, обрамленная узором из японских и российских гербов. — У тебя, друг Сандро, настоящая морская романтика, как в «Графе Монте-Кристо», а у меня был тоскливый официальный визит. Все время под надзором свиты, все время при параде. Да у меня каждый вечер щеки ныли от бесконечных улыбок всем этим махараджам, султанам и падишахам! А результат? — Ники дотронулся кием до блестящего изогнутого лезвия. — Один из этих красавцев цинично рассек мне голову. И пока ты пил чай со своей маленькой японской «женой» в милом бамбуковом домике в Ионассе, я истекал кровью на пыльной улице Оцу.

Сандро сочувственно кивнул, — покушение на наследника российского престола стало самой скандальной мировой новостью 1891 года, — а после подмигнул:

— Но зато второй шрам на память о Японии ты организовал самостоятельно.

Ники мгновенно перестал хмуриться и закатал правый рукав гусарского мундира, явив миру свою гордость — грозного черного дракона на все предплечье. У дракона имелись желтые рожки, зеленые лапки и красное брюшко.

— Семь часов накалывали! — в который раз похвастался Ники, простодушно прибавив: — Я теперь как якудза.

Сандро хмыкнул:

— Только никому об этом не говори. А помнишь нашу охоту на слонов в Коломбо, когда я заехал к тебе на денек? Разве это приключение не стоит одного пустякового шрама на затылке?

— Пожалуй!

На мгновение Ники перенесся в сырые цейлонские джунгли. Мелькнули ослепительные обрывки воспоминаний: рассвет над пальмами; бархатистая вершина Алагаллы, с которой кандийские владыки приказывали сбрасывать в пропасть изменников; запах дождя; свежие сломанные ветки и глубокие круглые следы на глинистой почве; бодрые крики загонщиков и спокойный голос британского губернатора Цейлона: «Осторожнее, ваше высочество, слоны готовятся к нападению».

Цесаревич тряхнул головой и поудобнее перехватил кий — антикварный, из черного эбенового дерева, с широкими кольцами-вставками из полированной слоновой кости и узкими — из золота и перламутра. По всему кию в завораживающем танце сплетались удивительные цветы: стебли из светлого японского граба, лепестки из необычного фиолетового араманта, известного как «пурпурное сердце», и бутоны из полосатой бокоты, самого дорогого дерева в мире.

— Забавно, что ты заговорил про Цейлон, ведь этот чудный кий оттуда, — сказал Ники, примериваясь к шарам из слоновой кости, которые, как маленькие толстые солдаты, выстроились на зеленом сукне аккуратным треугольником. — После твоего отъезда мне его подарил цейлонский губернатор, сэр Артур Хэвлок.

— Коллекционная вещь, — согласился Сандро, — но вряд ли эта волшебная палочка поможет тебе победить меня сегодня.

— Еще как поможет! — загорелся Ники. — Ты давно не играл со мной, друг Сандро! Пока ты скитался по другим континентам, я упорно отрабатывал один неотразимый удар, которому меня научил все тот же сэр Хэвлок. Называется «прием Менго», и он никогда не записывался на бумаге, знают о нем лишь избранные. Говорят, капитан Менго придумал его в парижской тюрьме.

— Ничего себе тюрьма — с бильярдом, — рассеянно сказал Сандро, натирая мелом наконечник своего кия из самого обыкновенного ясеня. — Ну а я, пока был этим летом в Америке, взял несколько уроков у Франка Ивза, так что…

— Как? У самого Ивза, «бильярдного Наполеона»? — восторженно переспросил Ники. — У Фрэнка Ивза, победителя декабрьского чемпионата в Нью-Йорке?

— У него, — удовлетворенно подтвердил Сандро. — Ездил к нему на озеро Саранак. Что ты на это скажешь, дорогой мой Ники? Все еще готов сразиться?

— Всегда! — Цесаревич гордо поднял голову, хотя внутри у него все похолодело. Сработает ли прием Менго против хитрых маневров Ивза?

— Что ставишь? Может, свой чудо-кий? Он будет мило смотреться на моей яхте, — усмехнулся Сандро.

— Ну уж нет, не могу им рисковать ни при каких обстоятельствах, — Ники на секунду задумался. — А знаешь что? Ставлю руку и сердце Ксении!

— Как это? — Сандро, обычно иронично-невозмутимый, изрядно растерялся.

— Знаю, что ты давно влюблен в мою сестру и обещаю замолвить за тебя словечко перед ней, если проиграю, — объяснил Ники, весьма довольный собой. — А ты что ставишь?

— Эмм, подходящих невест у меня для тебя нет… — все еще озадаченно сказал Сандро. — Могу предложить эольен, который я заказал в Америке. Его должны доставить на днях. Ты отлично играешь на фортепиано, значит, и с фисгармонией справишься. Согласен?

— Согласен!

Кузены ударили по рукам — и началась великая битва на зеленом сукне.