— Нет! — завопил Харальд. — Не смей, нацистская дубина!
К счастью, его крик потонул в общем гуле негодования.
— Давай-ка смоемся, пока ты еще чего не натворил, — сказал Тик и взял Харальда за руку.
Трое друзей выскочили на улицу.
— Пойдем на вокзал и там дождемся пер зого поезда домой, — предложил Тик.
Они собирались вернуться в школу еще до подъема и сделать вид, будто мирно проспали всю ночь.
Друзья пошли в сторону центра. На всех крупных перекрестках немцы установили восьмиугольные бетонные будки. Днем в будках стояли постовые, которых было видно только от пояса и выше. Проходя мимо будки, Харальд пнул ее ногой.
— Говорят, постовые дежурят без штанов, потому что их ног и так никому не видно, — сказал Мадс.
Харальд с Тиком засмеялись. А через минуту они оказались около груды строительного мусора. Харальд поднял с земли банку, на дне которой еще оставалось немного черной краски. Подобрав длинную щепку, он вернулся к посту и тщательно вывел на стене будки:
Буквы получились четкими. Утром тысячи копенгагенцев по дороге на работу прочтут эту надпись и посмеются.
— Ну, что скажете? — спросил Харальд и обернулся.
Тика и Мадса рядом не оказалось, но прямо за его спиной стояли двое полицейских.
— Очень смешно, — сказал один из них. — Вы арестованы.
Остаток ночи Харальд провел в полицейском участке. В восемь утра его отвели из камеры в кабинет. За столом сидел сержант и читал рапорт.
— Ученик Янсборгской школы, так? — сказал он. — Надо было головой думать. Где ты напился?
. — В джаз-клубе, господин начальник.
— И часто это с тобой случается?
— Нет. В первый раз.
— А потом ты увидел будку постового, случайно нашел банку с краской...
— Мне очень стыдно.
И тут вдруг сержант улыбнулся:
— Ладно, не убивайся ты так. Мне и самому смешно стало.
— И что со мной будет? — озадаченно спросил Харальд.
— Ничего. Полиция ловит преступников, а не шутников. — Сержант скомкал рапорт и бросил его в мусорную корзину. — Возвращайся в школу.
— Благодарю вас!
Харальд не верил своему счастью. Сержант встал:
— Один совет напоследок. С выпивкой поосторожнее.
— Обещаю! — горячо воскликнул Харальд.
Сержант открыл дверь, но на пороге Харальда поджидала неприятная неожиданность в лице Петера Флемминга.
— Могу я вам чем-нибудь помочь, инспектор? — спросил сержант.