Загадка Скапа-Флоу. Рейд германской подлодки в святая-святых британского флота: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Большинство тех из команды «Ройал Оук», кто смог спрыгнуть с тонущего корабля, были едва одеты и явно не готовы к встрече с обжигающе ледяной водой. Толстый слой мазута покрывал поверхность моря, заполняя легкие и желудки людей, мешая им плавать. Из тех, кто попытался проплыть 800 метров до ближайшего берега, уцелела лишь горстка. Гатт включил ходовые огни «Дэйзи II», и вместе с командой смог вытащить из воды 386 человек, включая командира «Ройал Оук», кэптена Уильяма Бенна. Спасательная операция продолжалась в течение еще двух с половиной часов почти до 04.00, когда Гатт прекратил дальнейший поиск, доставив спасенных на «Пегасус». Несмотря на помощь катеров с «Пегасуса» и подошедших из гавани, именно он спас почти всех оставшихся в живых, за что и был впоследствии награжден «Крестом за отличие в службе» – единственная военная награда, присужденная британцами в связи с бедствием.

Гюнтер Прин

Мой путь в Скапа-Флоу

[67 Перевод с немецкого В. И. Поленина. Берлин. 1940.]

Прыжок

Лейпциг. Холодное лето 1923 года.

Инфляция разорила всех. Наши родители обеднели.

Шел дождь. Улицы выглядели призрачно серыми и грязными.

– Ну что, скажем о нашем решении сегодня? – спросил Хайнц.

Я размышлял о реакции моей матери и медлил с ответом.

– Уверен, что моего старика от такого хватит удар, – Хайнц для убедительности рубанул воздух рукой.

Однако перспектива подвергнуться отцовской порке, похоже, его не останавливала. Он был тверд в своем решении.

Подойдя к нашей двери, мы распрощались.

Через несколько шагов Хайнц обернулся и крикнул:

– Я скажу своему старику сегодня же, непременно! – И размахивая портфелем, скрылся за углом.

Я поднялся по лестнице. Это была узкая, стертая ногами деревянная лестница, едва освещенная маленьким оконцем, выходившим во двор. Дверь открыла мать. Она была в фартуке, запачканном красками.

– Пст! Тихо, Гюнтер, – прошептала она. – Господин Буцелиус еще спит.

Буцелиус был толстым студентом, который снимал у нас комнату, расположенную сразу справа от входа. Он учился уже в четырнадцатом семестре. До полудня он проводил время в постели. Он говорил, что так ему лучше работается. При этом обычно через дверь доносился его храп.

Я прошел в нашу комнату. Стол был уже накрыт. За ним в своих высоких детских стульчиках сидели Лиза-Лотта и Ганс-Иоахим с бледными, испитыми личиками. На полке лежали три письма в голубых конвертах: счета!

Подошла мать и принесла еду. Это был перловый суп.

– Много? – спросил я, кивнув головой на голубые конверты.

– Хуже всего с зубным врачом, – вздохнула мать и добавила: – Хотя люди, которым нечего есть, не нуждаются в зубах.

Я взглянул на нее. На ее добром лице было выражение горечи и муки. Нет, пожалуй, я не должен ей сообщать о своем решении, по крайней мере, сегодня.

После обеда, в то время как она убирала стол, она сказала:

– Когда выполнишь домашние задания, отнеси-ка кружева к Клеевитцам и Брамфельдам. Снова пришла коробка с ними.

Я кивнул головой. Это было неприятным поручением, однако мы жили этим.

Моя тетя закупала кружева в Рудных горах,[68 Регион в Германии.] а мать сбывала их в Лейпциге в маленькие магазины и частной клиентуре.

Это давало скудный доход, а подчас и его не было.

К вечеру я отправился в путь. Картонная коробка была непомерно велика, и меня мучила мысль о возможной встрече со школьными приятелями.