Домашнее насилие до сих пор не рассматривается как однозначно осуждаемое и преступное явление, и потому ребенок, прошедший через такое насилие, сталкивается с проблемой непризнания причиненного ему вреда.
Это действительно мешает восстановлению целостности, и потому получение прощения становится смыслом, а неудачные попытки получить такое прощение от причинивших насилие ввиду их патологической неспособности нести ответственность, да еще и социальное непризнание этой необходимости, причиняют дополнительную боль и не дают выйти за рамки Жертвы.
Об ответственности
Зачастую ответственность представляется чем-то тяжелым, скучным и рутинным, как долговая яма, из которой не выбраться. Между тем именно ответственность освобождает от вины, стыда, долговых обязательств неизвестно перед кем и неизвестно за что.
Для начала ты учишься брать ответственность за свои чувства. Что это значит?
Это значит не «Вы меня разозлили», а «Я разозлился». Не «Вы меня обидели», а «Я обиделся». Не «Вы меня сделали счастливым», а «Я счастлив рядом с вами»…
Вы говорите: «Я чувствую»…
Вступая в отношения с миром, я чувствую. Я чувствую себя раненым, покинутым, одиноким. Я чувствую воодушевление, любопытство. Мне горько, больно, обидно, страшно, радостно, безопасно.
Вступая в отношения с миром, людьми, событиями, я чувствую, и это – «мое». Чувства проживаю Я, и это моя зона ответственности.
Я могу пойти дальше, связав чувства с обстоятельствами, в которых они возникают… Я могу увидеть важные взаимосвязи с ранним опытом, найти причины, почему я чувствую именно так, а не иначе.
Я больше не считаю, что обстоятельства виновны в моих чувствах, хотя они и имеют свое влияние. И все же именно Я имею наибольшее влияние на то, что происходит со мной.
Когда я беру на себя ответственность за свои чувства, я меньше обвиняю. Я задумываюсь над тем, почему мне хочется обесценить кого-то, почему я завидую. И я больше не уверен, что мое счастье находится в чьих-то руках. Хотя я могу продолжать чувствовать зависимость.
Обнаружив зависимость, я могу войти с собой в еще более глубокий контактому подобноеочему это случилось со мной? Почему мне нужно цепляться за другого или убегать от него? Я углубляю свою зону ответственности.
Когда я все больше беру свою ответственность, я все больше полагаюсь на себя. Нет, не отказываюсь от помощи, отвергая других людей в страхе близости. Нет.
Я доверяю себе заботу о себе. Я не рассчитываю, что другой человек позаботится обо мне лучше, чем я. Я отвечаю за себя.
Когда я беру ответственность за себя, я более ответственен в отношениях. Я осознаю, что я вношу в отношения свои чувства, в том числе свои страхи, свои зависимости, свои нужды. Я вношу в отношения свои ценности. Свои иллюзии и ожидания. Я вношу в отношения то, что подавляю в себе. Свою Тень. Когда я ответственен за себя, когда я доверяю себе заботу о себе, я могу говорить о том, что чувствую. И о том, что мне нужно.
Когда я с уважением отношусь к своим нуждам, я готов иметь дело с нуждами моего партнера. Я не ответственен за то, чтобы их обеспечить, но, уважая своего партнера, я могу ему помочь, если он готов принять мою помощь.
Нас учили нести ответственность за других людей: поддерживать их, принимать за них решения, заботиться об их чувствах. Нас учили нести ответственность за свои поступки, имея в виду то, чтобы никому не было стыдно за нас. При этом мы не должны были думать и заботиться о себе.
Думаю, никому это не удается в совершенстве, поэтому мы переполнены виной и сопротивлением. И у нас слишком мало ответственности. И потому мы так зависимы от других.
Теперь, будучи свободными от таких обязательств, мы можем быть намного ближе и безопаснее в отношениях с миром.
Если я уязвим в каких-то жизненных обстоятельствах, я попрошу помочь мне. Но главный человек, который всегда рядом, – это я. Я всегда рядом с собой.
Выйти из травмы
Как Адам и Ева не ведали до поры до времени, что были наги, так и многие из нас до той же поры не ведают, что были травмированы, что многие наши действия запрограммированы или ограничены травмой (я имею в виду детскую травму); как-то живем, искренне считая, что мир враждебен и от него нужно защищаться.
Почему-то больно ранит оценка, страшно оставаться покинутым; и также страшно выдерживать близость в отношениях.
Очень хочется быть любимыми и оцененными по достоинству, но почему-то трудно этого достичь, не менее трудно надолго удержаться в позитивном представлении о себе.
Мы даже умеем рационализировать свою утраченную способность любить. Мы можем объяснить себе отсутствие душевного тепла тем, что любить некого и не за что. Часто мы виним себя, не реже – других и наиболее часто – всех, включая себя, не находя выхода из того, в чем застреваем.
А застреваем чаще всего в собственных травмах, да еще сцепляемся жесткими сценариями с другими людьми, ранимся, страдаем и снова с мрачным удовлетворением убеждаем себя, что счастья нет и не будет.
Когда наконец мы прозреваем, обнаруживая себя в очень похожих историях с однотипными сюжетами, мы догадываемся, что сами как-то влияем на происходящее. В этой точке становятся возможными изменения, и как бы ни было заманчиво мечтать избавиться от травмы, не приближаясь к ней, этого не произойдет.
Придется приблизиться, погрузиться, наблюдать себя в травме, поддерживать, и тогда появится возможность из нее выйти. Многое, очень многое меняет работа со своей драматичной историей, и я не раз наблюдала за тем, как «отпускает» людей, когда они добираются до сути того, что мучило их долгие годы.
Обнаружив себя на дне ямы, необходимо сделать определенные шаги, действия, которые помогут нам в ней выжить, осмотреться и выйти из нее.