Я кивнул.
— Невероятной.
Он облизнул нижнюю губу.
— И что это значит? Для нас, я имею в виду. У меня осталось три дня, и мне бы очень хотелось, чтобы все вернулось, как было до того, как я…
— Попытался утопиться в текиле?
Он фыркнул, и его губы сжались в тонкую линию.
— Боже, не напоминай мне.
Я громко вздохнул, даже не пытаясь скрыть разочарование в своем голосе:
— Три дня, да?
Пристальный взгляд встретился с моим, и Стюарт кивнул, но прежде, чем кто-либо из нас успел заговорить, откуда ни возьмись появился Гарри, подтащил стул от ближайшего стола и сел.
— Фостер, я так рад, что ты все еще здесь, — начал Гарри, держа в руках какие-то бумаги. Затем выпрямился и посмотрел по очереди на каждого из нас. — Надеюсь, я не помешал?
Я улыбнулся энтузиазму этого парня.
— Гарри, я хочу познакомить тебя со Стюартом. Стюарт, это Гарри.
— Ой, привет, — Гарри одарил Стюарта одной из своих убийственных улыбок, и Стюарт, откинувшись на спинку стула, снова натянул темные очки на глаза.
— Привет.
Я глотнул кофе, чтобы скрыть улыбку, а Гарри протянул мне бумаги.
— На основании полученных от тебя данных, я обнаружил, что среднее повышение температуры океана — ноль целых три десятых градуса за последние два года…
Он говорил без остановки в течение пяти минут подряд о том, что он уже сегодня утром связался с каким-то правительственным учреждением и сообщил им о сделанных выводах, и организация по сохранению черепах очень серьезно отнеслась к его информации, и как — благодаря мне — его диплом теперь станет фееричным.
Я смог только вставить, что фееричный диплом — это хорошо.
Стюарт по-прежнему сидел в солнцезащитных очках, однако его рот несколько раз открывался и закрывался, как будто Стюарт всерьез беспокоился о способности Гарри говорить и дышать одновременно. Затем Гарри сообщил нам, как он взволнован тем, что факультет по защите флоры и фауны океана из его университета собирается выпустить несколько маленьких черепашек, и мы обязательно должны пойти и посмотреть. А потом его внимание привлек другой сотрудник.
— Привет, Джуди! — воскликнул Гарри и с таким же энтузиазмом, на одном дыхании, попрощался с нами и стал рассказывать уже Джуди обо всех своих открытиях, пока они покидали ресторан.
Я смотрел Гарри вслед, а когда снова повернулся к Стюарту, он сдвигал свои солнечные очки вверх. На его лице застыло ошеломленное выражение.
— Вот это да-а-а.
Я рассмеялся.
— Говорил же тебе. Он хороший ребенок. И проведет всю свою жизнь, спасая мир.
Стюарт допил кофе.
— Теперь я вижу, что он действительно не в твоем вкусе.
Я улыбнулся.
— Да, я предпочитаю высоких, темноволосых и угрюмых. — Затем я перегнулся через стол. — Парней, которые психуют из-за ерунды, пьют слишком много текилы и любят, когда их втрахивают в матрас.
Крылья носа Стюарта затрепетали.