Я кивнул.
— Хорошо.
— Фостер, — невнятно пробормотал он, поднимая руку. — Ты должен знать, что я не сделал ничего.
— Знаю.
— Правда? Действительно знаешь, Фостер? Потому что я не хочу никого, кроме тебя.
— В самом деле? — спросил я.
Стюарт был пьян, поэтому я не хотел воспринимать его слова всерьез. Или алкоголь нужен был, чтобы разблокировать фильтр? Может быть, Стюарт из тех, кто высказывал все, что думает, когда пьян.
— Мххмм, — согласился он. — Останься со мной на ночь.
— Я не могу.
Он нахмурился и закрыл глаза.
— У меня ничего не было с этими парнями.
Я накинул на него одеяло.
— Знаю. Я не могу остаться из-за политики компании этого отеля.
Он пробормотал что-то похожее на «дебилизм». Затем перекатился на бок, не открывая глаз.
— Могу я тебе кое-что сказать? — прошептал он.
Я не был уверен, действительно ли хотел это слышать или, наоборот, не хотел.
— Конечно.
Я ждал и ждал. А потом Стюарт захрапел. Я потер лицо, посмотрел на крепко спящего и храпящего парня и рассмеялся. Поставив стакан воды рядом с его кроватью, я выключил свет и вышел, заперев за собой дверь.
***
На следующее утро, в восемь часов, я постучал в бунгало Стюарта чуть громче, чем необходимо, и услышал в ответ ворчание. Дверь открылась, и на пороге появился Стюарт, выглядевший немного потрепанным, но, по крайней мере, бодрствующим. Он принял душ и уже оделся. Стюарт перевел взгляд на две чашки кофе, которые я держал в руках.
— О, слава богу. Пожалуйста, скажи мне, что один из них мой.
Я протянул ему чашку.
— Я не ожидал, что ты встанешь.
— Кровать все время раскачивалась. Чувствовал себя, будто на яхте.
Я фыркнул.
— Уверен, в этом виновата текила.
Он застонал, потом отхлебнул кофе и скорчил гримасу.
— Господи. Его что, варил сам Дьявол?
— Ага. Смолол из зерен, собранных там, где умирают надежды и мечты.
Он улыбнулся и попробовал сделать еще глоток.