Я улыбнулся.
— Это будет Фостер Дженнер-Найт? Или Фостер Найт-Дженнер?
Он снова поцеловал меня, улыбаясь, взял мои руки и прижал их к палубе над моей головой.
— Ты хочешь взять мою фамилию? — спросил он.
Его глаза потемнели. Ему явно очень понравилась эта идея.
— Да. А ты можешь взять мою.
Коленом он раздвинул мои бедра, при этом крепко держа мои руки над головой. Его член был твердым и вжимался в меня.
— Стюарт Дженнер-Найт, — прошептал он. — Мне нравится, как это звучит.
Я качнул бедрами.
— Я это чувствую.
Он застонал, и его глаза встретились с моими.
— Ты действительно выйдешь за меня?
Он отпустил мои руки и провел пальцами по моему лицу.
Я кивнул.
— Да. В любом случае я навсегда стал твоим, когда ты приплыл в Дарлинг-Харбор и спас меня. Но ты сплёл для меня узел вечности из куска старой веревки, так что теперь это официально.
Он улыбнулся и нежно поцеловал меня в губы.
— Я не должен был так просто все ляпнуть. Мне, наверное, следовало спланировать это лучше. Но это просто показалось правильным.
— Это было идеально. Мне не нужен Париж, какие-то модные предложения в дорогих ресторанах и вся остальная мишура. Мне нужен только ты.
— И я у вас есть, мистер Стюарт Дженнер-Найт. Навсегда.
— Да. Навсегда. У меня даже есть узел, доказывающий это.
Он засмеялся и поцеловал меня снова, на этот раз дольше и глубже.
— Простите, мистер Фостер Дженнер-Найт, — сказал я, тяжело дыша, когда он поцелуями спускался по моему подбородку, — но вам лучше отвести меня на нижнюю палубу и закончить то, что начали.
Его глаза блестели, улыбка была развратной и полной обещаний.
— Ну, я капитан корабля, — сказал он, вскакивая и поднимая меня на ноги. — А всем хорошим капитанам полагается послушный юнга.
Я остановился.
— Могу ли я остаться юнгой, когда мы поженимся?
Он рассмеялся.
— Ты можешь быть моим юнгой до конца жизни.
— Даже когда мы состаримся и поседеем?
Фостер ухмыльнулся.