Великий комик Сергей Филиппов и его афоризмы: читать начало книги онлайн

Это единственный артист во всем Советском Союзе – Сергей Николаевич, который получал деньги прежде, чем артисты начинали съемки. «Сумма прописью! Сумма прописью!» Всё! Получал деньги раньше съемок. Единственный, единственный в Союзе. Безропотно выплачивали. Ставили прописью сумму.

Сколько людей, столько и самомнений

Отношения у нас были теплые. Я часто бывал у Сергея Николаевича в доме. Он у нас часто был. Мы тогда жили на 7-й Советской. После вечеров в Доме кино или еще где-нибудь мы нередко с компанией заходили к нам, потому что было удобно. Он приезжал почти на все мои дни рождения. Всех соседей это так поражало. Когда Сергей Николаевич приходил к нам, со всех этажей выходили люди – все высыпали наружу посмотреть Филиппова. Я даже не поражался такой популярности. Как-то спросил вашего папу:

– Сергей Николаевич, вот смотрите, как народ вас любит, а чиновники от кино говорят, что ваши роли – только жулики и антисоциальные элементы, то есть отрицательные типы. Но для людей вы – положительный герой. Странная ситуация.

– Саша, запомни: сколько людей, столько и самомнений. Для всех хорош не будешь.

Не всё сказал я, кое-что сказали и другие

Сергей Николаевич всё жаловался:

– Ой, Саша, Я так устал! Тонька говорить хочет, говорить хочет. Послушай ее только!

А говорила она не очень приятно. Очень-очень быстро и совершенно без выражения, всё на одной ноте. Неприятно было ее слышать, особенно актерам. Ведь в нашей профессии выражение очень много значит. Он очень уставал от этого:

– Да, не все сказал я, кое-что сказали и другие, – закончил свой крик души Сергей Николаевич.

Не хочу мужа лежачего, хочу мужа стоячего

Это уже Сергей Николаевич рассказывал.

У нас в Доме кино кто-то из наших к Голубевой (гражданская жена Филиппова) подходит и говорит:

– Там Сергей Николаевич пьяный.

А Антонина Георгиевна спрашивает:

– А что, он вам что-нибудь должен? У вас деньги брал?

– Нет, не брал.

– А что, он валяется?

– Нет, не валяется.

– Понимаешь, Саша, она не хочет мужа лежачего, хочет мужа стоячего.

Тищенко Любовь, актриса

Мозолистый зад писателя

Сергей Николаевич был очень своеобразным человеком, неординарным, с мало кому понятной манерой общения. Он был довольно нелюдим, порой даже грубоват. Людям, которые его близко не знали, он часто казался жестоким и язвительным. Он мог обидеть совершенно постороннего человека, нахамить, послать матом. Но и поклонники тоже его доставали, всё хотели его потрогать, пощупать рубашку, даже нос, не давали ему прохода. Конечно, это его безумно раздражало. Он уже ненавидел свою популярность. Но в душе он был трогательным, нежным и очень ранимым человеком. И эта грубость с незнакомыми людьми была его защитой.

Отъезд жены и сына заграницу Сергей Николаевич расценил как предательство. Он мне рассказывал, что ему и до того всегда мерещились следящие за ним люди, словно органы КГБ постоянно за ним приглядывают. А после их отъезда эти слежки усилились. Может, ему это только казалось, а может, какая-то правда здесь есть.

Он мне показывал письма сына.

– Вот, видишь, Любаня, пишет сын. Любит все-таки, скучает.