— Укусит! — закричал я. — Укусит! Спасайся!
— Это ужак-то укусит?
Юрка нагибается, хватает анаконду за шею и подносит золотую головку к самому своему носу.
— Ну, чего шипишь? Чего злишься, дурачок? Никто тебе ничего плохого не сделает… Ну-ка, плыви! — Юрка перехватывает анаконду за хвост, крутит ею в воздухе и бросает ее в воду.
— Ну и чудак же ты, Толька! Ужа испугался… Эй, да у тебя клюет! — показывает Юрка на поплавок моей удочки.
— Я знаю, — уныло отвечаю я.
— Вот те раз! Так чего же ты не вытаскиваешь?
— Я уже… вытаскивал…
— Ну?
— Колется.
— Кт колется?
— Рыба колется… Вон, вся ладонь в крови.
— Так ведь это же — ерш, его надо снимать аккуратно… Неужто ты даже не знаешь, что ерш — рыба колючая?..
Ерш? Хм! Конечно, я об нем почти ничего не знаю… Вот акулы, электрические скаты — это дело другое. А ерш, — я даже никогда не слышал о том, чтобы в Америке или в Африке водились ерши.
16. ПРИБЫТИЕ
В тот же день, на вечерней заре, мы подʼехали к большому селу, разбросанному по высокому каменистому берегу реки. Целая толпа ребятишек, барахтавшихся в воде около берега, приветствовала наше прибытие боевыми криками и угрожающими телодвижениями.
Я опасался открытия военных действий без всяких предупреждений, но кормчий-Юрка решительно направил наш корабль в самую гущу загорелых голых тел. И, вместо ударов томагавков и свиста неприятельских стрел, послышались вдруг приветственные возгласы:
— Эге! Да это Юрка с Васькой!
— Здорово, ребята!
— Отколь вас несет?
Я успокоился. Очевидно, мы находились среди дружественного туземного племени.
Переночевав на сеновале у Еремеича, который оказался суровым с виду, но очень добродушным стариком, на следующий день рано утром мы двинулись в обратный путь.
17. КАЖДЫЙ САМ СЕБЕ КОМПАС
Там, где широкая торная дорога, миновав раскинувшееся за деревней поле, пряталась в густом сосновом лесу, идущий впереди нас Юрка вдруг остановился.
— Вот это, братцы, серьезно, — обратился он к нам, — есть две возможности: первая — идти по большой дороге: с Сеньги на Горки, с Горок на Свиридово, через Костерево и Мулычино — домой. Вторая — идти прямиком по сенным дорогам и тропинкам, через весь казенный лес. Я лично за второй путь, а вы?
— Ясное дело, прямиком интереснее, — одобрил Васька.