Пробрались сквозь прибрежные кусты.
— В воду! — крикнул Васька и с размаха нырнул с крутого берега в глубину..
Я остановился в нерешительности. Нырнуть-то можно, да сумеешь ли вынырнуть?
— Ж-ж-ж-ж-ж! — раздалось над самым ухом зловещее жужжание.
— Прощай, жизнь! Прощай, тетя и все 12 старушек!
Пока я дошел до дна и снова вынырнул на поверхность, я успел уже порядочно наглотаться воды. Меня подхватило быстрым течением и понесло от берега… Я закричал, что — не помню.
Вдруг рядом со мной раздался спокойный голос Васьки:
— Не ори! Смирно! Руками не бей! Не хватайся!
Я почувствовал, как его пальцы сжали мою руку около плеча. Васька, загребая одной рукой, медленно, тяжело тащил меня к берегу.
— Держись!
Я схватился за нависший над водою куст.
Васька живо вылез на берег, схватил меня за руку и втянул наверх.
Я ждал сочувствия и утешения — напрасно. Первое слово, которое я услышал от своего спасителя, прозвучало крайне внушительно и резко:
— Дурак!
Что же? Может быть, он был и прав… я промолчал.
15. АНАКОНДА
Прихрамывая, охая и то и дело хватаясь за ужаленные места, доплелись мы с Васькой до Авдеевой Ямы, которая оказалась глубокой вымоиной в глинистом берегу реки.
Юрка уже ожидал нас у весело потрескивающего костра, на котором кипел наш закопченный походный чайник.
Пока Васька рассказывал ему всю историю с осами, Юрка молчал, а когда рассказ был окончен, то он подвел общие итоги все тем же роковым словом:
— Дурак!
— Но ведь я же не знал, — робко попробовал я оправдаться.
— Не знал! — передразнил меня Юрка. — А зоологию учил?
Н-да… Зоологию! Вот если бы он меня спросил, как устроены гнезда африканских термитов, так я бы, пожалуй, ответил. А наши простые русские осы — разве могло мне прийти в голову, что это такой страшный зверь.
— Ты, Толька, о природе понятия не имеешь! (это я-то, следопыт?!) — продолжал Юрка, — ну, как же так ухитриться об осиных гнездах ничего не знать? Эх, ты!
После чая Юрка деловито раздал нам удочки.
— Ну, вот что: мы с Васькой пойдем за яму, на перекат, а ты здесь лови, около лагеря… Вон, под тем деревом у меня в прошлом году здорово окуни брали… Да смотри, в воду не кувыркнись— здесь глубоко.
Ребята отошли шагов на сто вниз от меня и, войдя по колено в воду, принялись за ловлю.
Я подошел к месту, указанному мне Юркой.
Громадный ствол сухой березы, опираясь на камни и вывороченные корни деревьев, висел над рекой, далеко выдаваясь за берег. Я решил, что лучшее место для ловли было на конце этого природного мостика.