- Хорошо. И как вы нас провезете? Открыто или опять в сене?
- Нет, фокус с сеном не пройдет. У выезда подводу наверняка проверят. Поедете верхом, страже покажете пропуск из канцелярии грасса Альгорета.
- Нас могут опознать, тогда, боюсь, пропуск не поможет.
Бандит задумался.
- Есть вариант пробраться через стену. Но коню не перелезть.
- Ладно, пусть так. Коней перегоните на ту сторону лаза.
- Не получится, - бандит покачал головой, - там место плохое, кругом ямы, но главное не это. Чуть дальше низина, летом вода стоит, а сейчас после дождей вода во всех ямках, а каждую не проверишь.
- И какое будет предложение?
Бандит с интересом посмотрел мне в глаза, пытаясь что-то в них вычитать, да, видимо, безуспешно.
- За городом у меня хуторок, вот туда вас и отведем. Не так далеко от лаза. Собственно, лаз мы там как раз и сделали по причине близости хутора.
- А по дороге на стражу не нарвемся?
- За городом страже сейчас не до вас. Она второй день двух беглецов ищет, вот вы и прикинетесь теми, кто их ищет.
- А кого ищут?
- Двух подростков. Убивцы. Но велено брать живьем.
- А подробней про них можно?
- Да не знаю я. Только их имена. Зовут Аррик и Велмин.
Глава 15
Глава пятнадцатая. Пленники
Грасс Альгорет, начальник службы безопасности при эрграссе Тартиля, устало поднял голову на звук открываемой двери. Вошедшим оказался Колье, один из его помощников.
- Грасс, разыскиваемые люди обнаружились.
- Кто? Кто именно? – в голосе грасса послышались нотки нетерпения.
- Четверо, что напали на вас.
- Где? Схвачены?
- Нет, грасс. Информатор лишь посыльный от Умника. Четыре часа назад этих людей тайком привезли в один из его домов, а полтора часа спустя они исчезли.
- Как? Куда?
- Посыльный не знает, он только видел, как их грузили на подводу, засыпав сеном. Подвода направилась на окраину к юго-западу города. И еще. Умник просил передать, что он сообщит, куда потом направятся эти люди.
- Умник – это тот самый хитрец, который из тех, про кого говорят «и вашим и нашим»? Я правильно понимаю?
- Да, грасс.
- А не слишком ли много он о себе возомнил? Мы ведь можем с ним и по-плохому. Если ему удается отмазаться от темных делишек своих людей, то от моего гнева уйти не сможет. Он это понимает?