Забег на невидимые дистанции. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Теперь ему было плевать, что Нина этого не хочет, что он, офицер полиции, намерен изнасиловать несовершеннолетнюю, пусть и достигшую возраста согласия. Все это потом, потом. Сейчас нужно добраться туда, где мокро и узко, где пахнет, где все горит, и он точно знает, что главное – это добраться, а дальше все пойдет как по маслу, потому что он ласков, он не будет спешить, он знает, что делать, и сопротивляться она будет недолго. Возможно, всего минуту, а потом сама обхватит его руками за шею и начнет помогать.

Он так мечтал, чтобы она лизнула его за ухом, впившись ногтями в грудные мышцы, и легонько шлепнула по лицу. Он бы скулил и, теряя сознание, хриплым шепотом молил ее позволить ему кончить; на грани слышимости, заплетающимся языком, он бы обещал, что сделает для нее все что угодно, абсолютно все.

Но тут девчонка замахнулась и наручниками врезала ему прямо в челюсть. Очень сильно и очень больно. От этого Лоуренс проснулся в своей постели.

Боль в паху была нестерпимой. Вместо члена как будто резиновую дубинку пришили, и теперь она практически упиралась в пупок. Сдавленно выдохнув из груди спертый воздух, Ларс перевернулся на живот и зарычал в подушку, которую хотелось разгрызть оскаленными зубами.

– Блядь!

Под опущенными веками сами собой вспыхивали сцены сновидения, никак не желая рассеиваться, спазмами хватая за глотку снова и снова.

В этом мире очень мало красивого, и далеко не все красивое желанно. Так почему же сейчас его так сильно беспокоит что-то, что не укладывается в его эстетические рамки, и действительно ли оно некрасиво, если беспокоит до такой степени, что хочется выть от отчаяния?

Все это мерзко, мучительно и ужасно, он этого не заслужил, потому что уже давно никому не делает зла. И не виноват в том, что он такой, сам себе таких наклонностей не выбирал и не просил. А от того, что сдерживается, дабы не навредить, ему становится только хуже. Разве это справедливо? Где же награда за примерное поведение?

Ничто и никто не усмирит его влечения к Нине Дженовезе, проблемной ученице старшей школы Мидлбери. Ни случайные девки из баров, ни опытные проститутки, ни роскошные эскортницы, ни постоянные отношения. Из тысячи таких, как они, одну такую, как Нина, не собрать.

Она его проклятие.

Секс с другими девушками отсрочивает желание, но не устраняет. Наоборот, заостряет. Мозг понимает, что ему подсунули не то. Суррогат какой-то подсунули. Притворились, что это та самая, которая нужна. Единственно нужна.

Нина превратилась в неоперабельную опухоль, которая беспокоит каждую свободную минуту. Особенно по ночам. Ларс устал от этого, осатанел и, главное, не испытывал никакого охотничьего азарта. Сейчас хотелось только одного – избавиться от мучительно сладкой боли. Ни о чем другом думать не получалось, а о том, чтобы попытаться заснуть, не могло быть и речи.

Если дело дошло до эротических снов, то все серьезнее, чем он полагал, и контролировать себя становится сложнее. Но Нина не должна из-за этого пострадать. Кто угодно, только не она.

Терпеть стало невмоготу. А по соседним городам каждый раз ездить не будешь. Далеко, затратно, времени много уходит. Что делать, когда нужно прямо сейчас и прямо здесь? Всякая жалость и совесть, все гуманное в нем исчезло, уступив место звериному, ослепляющему желанию. Удовлетворить его стало первоначальной целью.

Натренированный мозг недолго искал решение.

Соседской дочери едва исполнилось восемнадцать. Немного старше Нины. Фигуры у них разные, рост и внешность тоже. Но главное отличие в том, что эта девушка без памяти в него влюблена, не подозревая, что кроется за обаятельной внешностью. Она будет только рада. А он сможет выпускать пар, буквально протянув руку. В любое удобное время. Формально даже не нарушая закон.

Да, есть риски, но это самый быстрый и, признаться начистоту, самый долгосрочный вариант. Всегда можно закрыть глаза и приказать ей молчать, чтобы не видеть лицо, которое не принадлежит Нине, и не слышать голос, который ей тоже не принадлежит.

Он будет осторожным и строгим. Она ничего никому не расскажет. Ее родители ни о чем не догадаются. Его репутация останется безупречна. Заподозрить офицера полиции? Безумие. Они сами себя разубедят, сами себе не поверят. А уж чтобы чадо не проболталось, он лично позаботится. Пригрозит расставанием, переездом, шантажом. Или наобещает золотые горы. Девушки обожают запретные отношения, тайные романы и прочее в этом роде. Главное, чтобы не болтнула кому-то из подружек, не удержавшись.

Лоуренс Клиффорд решился. Он поднялся с постели, оделся и вышел на задний двор. Там он без труда перелез через невысокий забор и оказался на чужой территории. Как раз сюда выходило со второго этажа окошко спальни Джессики, так, кажется, ее зовут (или Дженнифер?).

В том, что она не откажется, Ларс был уверен на девяносто семь процентов. Впечатление девственницы она не производила, поэтому и ломаться долго не должна. А если он ошибается, всегда можно немного надавить, соблазнить, увлечь. Сделать вид, что давно и безнадежно влюблен. Последнее раздвигает ноги быстрее всего. Позволь женщине почувствовать себя особенной, и она будет готова ради тебя на все.

Офицер стал подыскивать мелкие камешки под ногами, чтобы попасть по стеклу и разбудить девушку, если она спит. Сейчас он понял, что даже не взглянул на время. Но, судя по цвету неба, стояла глубокая ночь.

Единственное, о чем он думал на тот момент, так это о том, что придется зажимать ей рот, чтобы она не разбудила своих же родителей. Да и вообще, чтобы просто ее не слышать.

Episode 3

Засунув папку с документами под мышку, он обстоятельно закурил и стал осматриваться, обеими руками облокачиваясь на перила входной лестницы.

Здание огибало парковку буквой H с разной длины боковыми черточками, что выглядело очень знакомо. Вон и спортзал отдельной пристройкой. И вязы с клумбами, и стадион с разбитой дорожкой и стершейся краской. Точь-в-точь как в Саутбери. И учителя на тех же самых машинах приезжают на работу. Только здесь они почище.

В этом несуразном, словно бы бутафорском строении из белого кирпича и бетона в два этажа ему предстоит доучиваться еще полтора года. Новая жизнь, новый город, новая школа. Похожая на старую. Может, и с жизнью будет то же самое.

Он глубоко затянулся, затушил окурок о перила и выстрелил им на капот чьей-то серебристой «тойоты».

На первом этаже было тихо, шаги отзывались печальным эхом, как в огромном пустом доме. Охранник у входа молча проводил его взглядом по-над очками и продолжил заполнять какой-то журнал в своей будочке. Возможно, принял за нового учителя? Потому что на ученика он мало смахивал. Хотя и на учителя тоже мало. Разве что на учителя физкультуры.

Пока оставалось время, хотелось осмотреться. Он двинул по этажу в поисках чего-нибудь интересного. Например, неплохо было бы найти расписание. Но нашлось кое-что получше. Слева и справа от выхода во внутренний двор висели пробковые стенды с фотографиями. На одном было крупно выведено «ШКОЛА ГОРДИТСЯ ВАМИ», на другом – «ВАМ ДОЛЖНО БЫТЬ СТЫДНО».

«Должно быть, – подумал он, внутренне усмехаясь, – но стыдно ли? Видимо, нет, раз эта надпись существует».