Забег на невидимые дистанции. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лоуренс не мог прочесть Нину как открытую книгу. Не мог сделать то, что ему с легкостью удавалось над другими людьми. Она либо еще не доросла до «брачных игр» со сверстниками, либо уже переросла активную потребность в этом. Учитывая то, сколько всего она знает об устройстве мира, можно предположить, что флирт и свидания не очень ее интересуют.

Это объяснило бы, почему они с Отто так хорошо понимают друг друга, почему у Нины нет парня, зато есть смелые интересы, странный стиль одежды и общения, не привлекающий внимания противоположного пола. Офицер с опаской перебирал воспоминания, пытаясь обнаружить, не замечал ли за Ниной чего-нибудь асексуального. Решительно ничего не приходило на ум, и от этого полегчало. Окажись это правдой, он бы не смог с нею смириться.

Нет, он бы обязательно заметил, почувствовал. Такое невозможно не почувствовать. Это на уровне флюидов. А с ними у Нины все в порядке. Они вокруг нее вьются как биополе. Как электрическое напряжение. Ведь что-то привлекло его внимание к этой конкретной девочке, а не к любой девочке в Мидлбери подходящего возраста. И привлекло – это еще мягко сказано.

Потом Клиффорд спросил себя, было бы ему легче, если бы у Нины вдруг объявился парень, или если оказалось бы, что на самом деле она встречается с этим Биллингсли. С одной стороны, это внесло бы ясность и дало хоть какой-то шанс, с другой стороны… а на что, собственно, шанс? Где ты и где она. Сколько тебе и сколько ей. Вы же совершенно разные люди.

Руки на руле непроизвольно сжались.

Рано или поздно это случится. В ближайшие два года, пока действует программа, ты будешь рядом с нею исключительно в роли полицейского надзирателя, не больше и не меньше. Место бойфренда тебе никакими потугами не занять, зато на него обязательно выстроятся другие претенденты. А тебе бы на своей хлипкой роли наставника удержаться, когда у нее появится ухажер. Девчонка уже сейчас брыкается и норовит перегрызть поводья.

Клиффорд с ужасом представил, как будет чувствовать себя, зная, что Нина с кем-то встречается, глядя собственными глазами, как какой-нибудь паршивец вместо Отто встречает ее возле школы или участка, обнимает, целует, смеется, держит за руку, гладит по волосам, заглядывает в глаза, и все это, что самое страшное, взаимно.

Станет ли она проводить время с офицером, продолжит ли ходить с ним в боулинг, играть в карты в участке? Разумеется, нет. Время с любимым человеком на вес золота, и когда он появится, Нина будет стремиться только к его компании. И это может начаться через месяц или через полгода. Потому что ей шестнадцать лет, и когда еще, как не сейчас?

Остро кольнуло в районе сердца. Чтобы не искушать судьбу, Клиффорд съехал на обочину, скривившись от неожиданной боли. У него всегда было идеальное здоровье, а тут вдруг что-то похожее на сильный спазм. Схватило и не отпускает, даже разогнуться трудно.

«Пора заканчивать с досадными фантазиями, – приказал себе Клиффорд, держась правой рукой за грудную мышцу, а левой за руль. – Ничего еще не случилось, чтобы так себя накручивать. И вообще, хватит уже ныть. Стань прежним. Где настоящий Лоуренс, которому на всех плевать?»

Был один верный способ избавиться от хандры. Радикальный, но всегда действенный.

Офицер полиции Лоуренс Клиффорд заехал домой, принял душ и переоделся в гражданское, затем заказал такси до Ньютауна (полчаса дороги, зато полная безопасность репутации), в неприметном мотеле снял номерок до утра, отправился в хорошо знакомый по студенческой поре бар и подцепил там девушку, неосознанно выбрав ту, что телосложением и цветом волос напоминала Нину.

Девица оказалась легкой на подъем и готовой на любые приключения, особенно с таким красавчиком. Не теряя времени, Клиффорд увел девушку в мотель, заперся с нею в номере, выключил свет и не отпускал ее, пока у него не закончилась сперма.

Episode 2

– А этот идиот говорит: как вы можете утверждать, что существуют элементарные частицы и эти ваши кварки и так далее, если даже не имеете возможности не только их увидеть, но и потрогать? Это, говорит, то же самое, что верить в бога – не вижу, но верю, и все ваши эксперименты с микромиром исключительно мысленные, а значит, в большей степени фикция. И вообще, все это не играет никакой роли в нашей жизни, люди спокойно живут без этих знаний, им все равно, чем нейтрино отличается от нейтрона, это совершенно не важно, ненужно, это демагогия на пустом месте, классификация ради классификации и ноль пользы. Так и сказал, представляешь?!

– Угу.

– Говорит, зря вы столько сил концентрируете в этой научной области, потому что знание устройства атома никак не поможет остановить кровотечение или вылечить рак. Нет никакого практического смысла изучать законы квантового мира, а значит, нечего туда и соваться, время тратить на парадоксы и загадки, с которых якобы нет выхлопа. А если бы, говорит, это было не так, то почему же многие квантовые физики плюнули на всю эту чушь и ушли в разработку ядерной бомбы? Тут мне самой захотелось на него бомбу скинуть, да потяжелее. Я тебе клянусь, у меня даже в переносице заломило, когда я его слушала.

Ладно, опустим сейчас все остальное, но человек же натурально не знает о существовании адронного коллайдера! Или знает, но не подозревает о его назначении, что еще печальнее. Я не понимала, с чего ему начать отвечать, ведь тут целый курс лекций прочесть придется, а иначе не переубедить. У меня даже дыхание перехватило. Я, конечно, постаралась успокоиться для начала, собрать мысли в кучу. Вот почему, когда споришь с глупыми, сам выглядишь глупо из-за того, какую чушь они несут с серьезным видом?! Не столько даже серьезным, сколько самодовольным! От этого прям сатанеешь. Говорят они, а стыдно тебе.

– И не говори.

– Ну вот по какой причине заблуждающийся обладает столь сильной убежденностью в своей правоте? Ничто его не прошибет, ничто не возьмет, никакие факты. Ничего он не хочет слушать, лишь бы в своей картине мира сидеть, как в бункере. И ведь, [bestoloch], не читал ни одной статьи, не то чтобы там книги научной. А то, что мельком слышал, понял, как попало. Зато спорить, доказывать, умничать – всегда первые, всегда пожалуйста. Я, говорит, конечно, в физике ничего не понимаю, но тут и понимать нечего, это же элементарная логика. Представляешь? Логика! Так какого же ты хрена лезешь туда, где не понимаешь? Это не тот случай, когда со стороны виднее. Тут человек вне контекста считай что слепой…

Психолог сильно опаздывала, так как приезжала из другого города, а девочка, напротив, явилась раньше обычного, заявив, что дома абсолютно нечем заняться. Потому и торчала теперь в его кабинете, ожидая сеанса, и он был не против.

Стоя у него за спиной с фуражкой на голове, она пыталась заплетать косички из белых шелковистых прядей (волосы заметно отросли), и между делом эмоционально пересказывала накануне случившийся спор с кем-то из параллели. Офицер честно старался слушать, но получалось вполуха.

Попутно нужно было заниматься рабочими вопросами и переписками с официальными лицами. Экспрессивное щебетание Нины не особо в этом помогало, но было бы гораздо хуже, если бы Ларс не умел абстрагироваться, воспринимая один из источников шума как фоном работающий телевизор. Прерывать Нину смысла не было, желания тоже. Пусть лучше болтает, чем молчит. Слышать рядом ее голос как-то успокаивало.

Суть спора Клиффорд улавливал в самых отдаленных оттенках, но точно не завидовал тому, с кем девочке пришлось вступить в интеллектуальный поединок. Судя по резким переходам на русский, которые Лоуренс улавливал краем уха, ей не хватало родного языка, чтобы выразить степень раздражения.

Время от времени офицер, разумеется, поддакивал, сыпал междометиями и заполнял короткие паузы нелестными эпитетами о степени развития оппонента, с которыми Нина охотно соглашалась, переводя дух для новой порции негодования.

– Решила я, значит, начать издалека. Посмотри, говорю, [durachina], на свою руку. Она состоит из плоти. Плоть состоит из тканей. Ткани из клеток. Клетки из молекул. Молекулы из атомов. Атомы – из ядра и электронов. Ядро – из нуклонов, то есть протонов и нейтронов. Нуклоны – из фундаментальной частицы, именуемой кварк. Мельче ничего не открыто. А теперь повтори все то же самое, но в масштабах Вселенной, где только наша галактика простирается на восемьдесят тысяч световых лет, и таких галактик в ней, как атомов в твоей руке, а то и больше. И ты мне будешь говорить, что не имеет смысла так углубляться? Что надо жить свои жалкие человеческие жизни, заниматься только тем, что практично, и не соваться туда, где людские полномочия заканчиваются, и начинается настоящее познание?!

В особо напряженных моментах Нина неосознанно сжимала в кулаках пряди его волос и тянула на себя. Ларсу становилось больно, и тогда он шептал что-нибудь успокаивающее вроде «ну-ну-ну» или «тихо-тихо», дабы вернуть девочку в реальность из бурлящих глубин злости, в которых она начинала захлебываться, слишком увлекшись.

Удивительно вспыльчивый темперамент.

Однажды Нина и в его присутствии обернется в марионетку собственного гнева. В какой-то степени на это даже хотелось посмотреть. Она была сильным подростком. Сильнее сверстников. И не избегала возможности это продемонстрировать, как и любой в ее возрасте не откажется от превосходства в чем-либо. А если к этой силе и безбашенности приплюсовать гремучую ярость… получится, наверное, самая настоящая Нина, правдивая версия, продиктованная подсознанием. Да… С этой стороны ее, конечно, тоже хотелось увидеть и изучить.

А если ситуация станет критической, надеть наручники – и дело с концом. Но справится ли он в одиночку? Сейчас казалось, что да. Но Клиффорд помнил, как двое его стажеров (здоровые ребята, хоть и придурки) с трудом справились с нею, когда задерживали, а потом еще некоторое время по инерции шарахались от девочки, когда она стала чаще бывать в участке.