Проснулась и начала хныкать Вирелейна. Наверняка проголодалась!
Пока Патрик возился, пристраивая котелок под капающей водой так, чтобы тот не перевернулся, бросилась к лежаку и попыталась засунуть соску, выпавшую из крошечной ручки, в рот малышки. Она принялась, было, сосать, но через минуту выплюнула тряпицу снова начав хныкать.
За стенами это, пусть и тихое хныканье, услышали! Раздался вой… Совсем близко!
— Патрик, давай сюда, надо её успокоить!
— Бегу!
Мальчишка, наконец, управился с котелком и подскочил, приняв сестрёнку в руки.
Я бросилась к лежанке, на углу которой теперь лежала жалкая кучка сухарей. Может быть, если дать малышке другой сухарь она помолчит? Страшно, если вся эта стая набросится на избушку — выдержат ли старые стены…
Но новая соска Вирелейну тоже не устроила и она, несмотря на то, что Патрик пытался отвлечь, размахивая рукой перед личиком, пытался укачивать, разревелась во весь голос!
Быстро проверив, сухие ли тряпки, растерянно уставилась на мальца. И что делать?
— Может размочить сухари и дать ей?
— Сейчас, — я кивнула.
Идея могла и сработать… Но времени нам не дали!
Здоровенная туша одного из зверей ударилась в дверь…
Ещё раз…
Ещё…
Хлипкие доски тряслись и крошились, столешница раскачивалась, вот-вот упадёт! Один из чурбаков не выдержал ударов и откатился в сторону…
Забыв о ревущей, теперь уже от испуга, девчонке, бросилась к нашей баррикаде и вернула чурбак на место, всем весом навалившись на столешницу! Она тряслась, меня едва не откидывало! Патрик, тоже больше не обращая внимания на рёв сестры, бросился на помощь, всем телом привалившись рядом со мной!
— Долго не продержимся, — со слезами в голосе проговорил он, зажмурив глаза и всем тощим телом вжимаясь в трясущиеся доски.
— Придётся держаться, — пропыхтела резко, пытаясь одновременно держать столешницу и дотянуться до упавшего на пол ножика. — Должны же меня искать!
Сама себе боялась признаться — слишком долго ищут! Вчера практически половину дня, вся ночь… И сейчас уже, судя по голодному поскуливанию живота, дело к полудню… А спасателей всё нет и нет…
А если меня не ищут?
Нет, не думать о таком!.. И так сил не хватает удержать эту проклятущую столешницу!
Счастье ещё, не лезет никакая тварь в окно, как вчера…
Додумать не успела, в оконце опять появилась оскаленная морда, сделав избушку совсем тёмной!
Теперь свет попадал только через щели двери и вместе с водой из потолка!
Патрик соображал быстро. Несмотря на обожжённые руки, выхватил из печурки приготовленный факел (и когда я успела их туда засунуть?) и ловко ткнул в морду!
Знакомый визг, вой, тварь отскочила! Но её место тут же заняла следующая! А в дверь ударили, судя по силе, сразу две-три зверюги, потому что дверь затрещала и развалилась на отдельные доски…
Я не успела попрощаться с жизнью.
Быстро сориентировавшись, Патрик ударил факелом первую же тварь, сунувшуюся в разбитую дверь, в попытке откинуть столешницу, которую я старалась удержать спиной, упираясь ногами во всё более угрожающе трещавшие доски пола…
— Дай и мне!