Лэнс не только был капитаном судна департамента охраны природы Новой Зеландии «Ринаун», но и квалифицированным дайвером. По службе он должен был нырять и проверять количество рачков в разных фьордах. Выполняя эту работу, он увлекся подводным миром Фьордленда и стал ярым сторонником его защиты.
В двенадцать лет Дэйн решил, что хочет пойти по стопам отца и стать дайвером. После долгих обсуждений Лэнсу пришел в голову план. Мы с Хунзой присоединились к Лэнсу и Дэйну на берегу озера, чтобы засвидетельствовать это захватывающее событие – первое погружение Дэйна. Лэнс разместил на спине сына акваланг, надел грузовой пояс вокруг его талии (подобрав правильный вес), надежно закрепил маску и привязал пятиметровую веревку к кислородному баллону для дайвинга. Другой конец веревки был привязан к большому куску полистирола размером примерно 100 × 50 сантиметров, чтобы Дэйн не мог нырнуть на глубину более пяти метров.
Дэйн уже хорошо и уверенно плавал, поэтому вскоре нам с берега был виден лишь белый поплавок, медленно покачивающийся на поверхности. Мы с Лэнсом были спокойны, но для Хунзы это было чересчур. Он прыгнул в воду и поплыл к поплавку, следуя за пузырьками воздуха, тявкая и скуля все время. Мы пытались позвать его обратно, но он был решительно настроен найти Дэйна. Голова Хунзы исчезала под водой на несколько секунд, а затем снова всплывала на поверхность; он колотил передними лапами по воде, как колесный пароход, отчаянно плавал кругами и лаял, хотя его лай уже был похож на вой.
Бедный Хунза. Как бы громко мы ни кричали, он продолжал плыть за Дэйном, пока в баллоне не кончился воздух, и они оба, уже без сил, не оказались на берегу. Дэйн был счастлив, а Хунза, без сомнений, почувствовал облегчение.
Хунза всегда вел себя одинаково, когда видел детей в озере, – он стремился их спасти. Он бросался прямо в воду и сразу подплывал к ребенку, а затем пытался увести его в безопасное место, обратно к берегу. Сделав дело, он тут же мчался «спасать» следующего малыша. Однажды он даже схватил надувной матрас и потащил его обратно на пляж, а сидевший на нем мальчик отчаянно пытался оттолкнуть Хунзу.
В конце концов мы решили больше не ездить на пляж во время летних каникул, поскольку и мы, и Хунза сочли происходящее слишком напряженным.
Хунза и Дэйн пропадали в лесу часами, играя и развлекаясь на детской площадке, катаясь на качелях и горках, бросая палки в озеро и выкапывая ямки. Где бы ни находился Дэйн, рядом с ним всегда была собака, которую он любил.
Его верным компаньоном в Мельбурне была Джедда, метис бордер-колли и немецкой овчарки. Ее красивые покровные волосы были длинными, кофейного с шоколадными оттенками цвета, а нос был черным. Ее уши были прижаты к голове. Подобно большинству бордер-колли она была очень умной и послушной. Когда Дэйну было двенадцать лет, Джедда вместе с ним проходила большую часть его пути в школу, а затем разворачивалась и бежала домой в одиночку. Они проводили время у ручья возле прудов Муни в Эссендене – у этого же ручья в детстве играл Стив Ирвин, охотник на крокодилов и смотритель зоопарка.
Когда Дэйну было шестнадцать, Джедду сбила машина. Это произошло на автостраде, когда Дэйн пошел в магазин, а собака побежала за ним. Он был уверен, что оставил ее дома, и не знал, что она бежит позади, пока не услышал скрип тормозов и визг собаки от боли. Машина не остановилась. Джедда лежала посреди дороги, другие водители проезжали по обеим сторонам от нее. Ей удалось отползти с проезжей части, и она, хромая, побежала домой. Дэйн бросился за ней, увидел, что она спряталась под домом, и срочно отвез ее к ветеринару. У Джедды были сильное внутреннее кровотечение и повреждение передней лапы. Невероятно, но ей удалось восстановиться.
Джедде было семь лет, когда Дэйн бросил школу и начал работать на кухне, зачастую от рассвета до заката, с небольшим перерывом во второй половине дня. Он больше не был ее постоянным партнером по играм. Когда несколько лет спустя Дэйн уехал за границу, Джедда впала в депрессию, потеряла вес и утратила интерес к жизни. Когда он вернулся, ей уже было тринадцать, но в ее жизни снова появился проблеск – ее верный друг вернулся домой.
Три года спустя, в глубокой старости, Джедда скончалась, оставив Дэйну незабываемые воспоминания о его первой собаке, которая показала ему, что значит верность, глубокая любовь и крепкая дружба.
Сэм и Джем, пастушьи собаки на пенсии
Сэм
Ферма Кафедрал-Пикс-стейшн находится совсем не далеко от Манапоури. Она возвышается над шоссе, пересекает быстрый ручей и продолжается до самой вершины холма Фристоун. Холмистая местность покрыта деревьями, и это одна из самых красивых ферм, которую я когда-либо видела. Владения Кэма и Венди Макдональд – ферма площадью 800 гектаров – стала также домом для Сэма и Джем, их пожилых пастушьих собак на пенсии.
Фермерство у Кэма в крови: он и его брат – фермеры в пятом поколении. Однако Венди была городской девушкой. Она младшая из троих детей, и родители предполагали, что она поступит в университет, как ее старшие брат и сестра. Когда Венди объявила, что хочет работать на земельном участке, они сочли это пустой растратой ее образования.
– Ты никогда не встретишь там нормального мужчину! – говорила ей мать.
Даже консультант по трудоустройству предлагал ей другие варианты, но все они показались Венди скучными.
Хоть она и жила в Окленде, у нее всегда была лошадь, которую она пасла на арендованной земле. Каждые выходные она отправлялась кататься верхом, и любовь к лошадям стала делом ее жизни. В старших классах она разместила объявление о поиске работы на ферме на рождественские каникулы. Ее взяли на работу на молочную ферму, и, к большому разочарованию ее родителей, именно благодаря ей Венди окончательно убедилась в том, что действительно хочет стать фермером.
В первые годы после окончания школы она нарабатывала опыт на нескольких разных фермах, а затем, чтобы продолжить свое сельское образование, поступила во «Флок-хаус», школу обучения сельскому и фермерскому хозяйству, которая находится на Северном острове, в городке Буллс.
В какой-то момент она направилась на юг, чтобы прогуляться по тропе Хифи, где ее друг, знающий о любви Венди к лошадям, предложил ей навестить своего друга Кэма, который жил на крупной ферме в бассейне Ваймакарири. Кэм открывал компанию по организации конных экскурсий.
Когда Венди познакомилась с Кэмом, она поняла, что ее мама ошибалась. И уже довольно скоро она организовывала переезд Кэбена, своего пегого (черного, белого и коричневого) мерина ростом 16,3 ладони (1,66 м) на ферму Касл-хилл-стейшн в Кентербери, чтобы стать частью нового бизнеса Кэма. Используя вьючных лошадей для перевозки еды и снаряжения, они путешествовали по многим высокогорным фермам, проводя в походах от одного до десяти дней, ночуя в пастушьих хижинах или разбивая палатки.
С самого начала Кэм и Венди стали командой и в конце концов начали работать на ферме в центре Отаго. Вскоре они смогли арендовать часть фермы, одновременно подав заявку на получение своего участка через правительственную схему заселения земель, находящихся в собственности короны. Через два года им удалось заполучить ферму Фристоун-Хилл на окраине Манапоури. Кэму тогда был тридцать один год, а Венди – двадцать шесть.
Когда они заняли ферму в 1982 году, она состояла из двенадцати основных загонов и нескольких неоднородных лесополос. У каждого из них было по упряжке из четырех собак. Со временем осталась одна такая упряжка на двоих.
Следующие несколько лет прошли под знаком тяжелого труда, частью которого была посадка тысяч деревьев. Вокруг фермы они разбили большой ботанический сад, который открыли для посещений. Так уж вышло, что к ним приехала пара американцев из Нью-Йорка, Фрэнсис (Фрэнк) и Энн Кэбот. Фрэнк называл себя «энтузиастом садоводства» – лишь позже выяснилось, что он был председателем Нью-Йоркского ботанического сада с 1973 по 1976 год. В рамках экскурсии по саду Кэботов отвели на вершину Фристоун-Хилл. Внимательно оглядевшись, Фрэнк потерял дар речи. Они с Энн влюбились и в ферму, и во Фьордленд. Кэботы и Макдональды в итоге стали партнерами и приобрели три объекта недвижимости по соседству.
Объединенные фермы были переименованы в Кафедрал-Пикс-стейшн в честь красивого высокого горного хребта, простирающегося вдоль западного берега озера Манапоури. Фрэнк и Энн построили свой дом неподалеку от вершины Фристоун-Хилл. Именно там они проводят американскую зиму (в Новой Зеландии в это время лето).
Фрэнк стал частым посетителем моего первого книжного магазина 45 South and Below, которым я управляла совместно с нашей первой чартерной компанией Fiordland Ecology Holidays. Он был заядлым читателем и любил книги. Вместе мы собрали для их дома невероятную небольшую библиотеку, заполнив полки книгами о Фьордленде, Саутленде, естествознании и ботанике. У него уже было немало книг его любимых авторов, в том числе новозеландских; кладезь классических произведений и музыки.
Фрэнк и сам был автором: его книга «Великое совершенство: история садов в Les Quatre Vents» (Greater Perfection: The Story of the Gardens at Les Quatre Vents) описана в «Оксфордском садовом справочнике» (The Oxford Companion to the Garden, 2006) как «одна из лучших книг садовода, когда-либо написанных о создании сада». В 2003 году он получил литературную премию Совета ботанических и садоводческих библиотек (Бостон, США). А недавно в Новой Зеландии показали замечательный документальный фильм «Садовник» (The Gardener, 2017) о личном стремлении Фрэнка к совершенству в Les Quatre Vents, его саду в английском стиле площадью восемь гектаров, который находится в городе Ла-Мальбе в канадской провинции Квебек.
Венди и Кэм продолжали работать на расширенной ферме. Также они наняли управляющего, Энди, у которого были свои собаки. Он спросил Венди, может ли он взять ее пастушью собаку по кличке Клэй в погонщики, и Венди согласилась при условии, что он сможет найти ей подходящую замену – добродушную собаку с достаточным количеством базовых навыков, чтобы помогать ей во время окота. Спустя несколько недель на ферме появился Сэм – именно та собака, которую хотела Венди.
Годы шли, Сэм становился старше и медлительнее, поэтому Венди приобрела Джем – еще одну пожилую пастушью собаку для «разделения труда» с Сэмом. Каждый из них отвечает за окот по полдня. Они также помогают с перемещением запасов, но без чрезмерных перегрузок. Самая тяжелая работа остается за Энди и погонщиками. Для фермерских собак Сэм и Джем слишком сильно избалованы. Они всегда сопровождают Кэма или Венди, когда те разъезжают по ферме, внушая чувство, что они еще участвуют в ее жизни. Что они, Сэм и Джем, все еще нужны.