— Ничего не понимаю, — лицо Газеза нахмурилось.
— Ты попал в список мобилизованных на тыловые работы. Эти списки я видел сам.
— Да ведь это подлог! — Газез вскочил на ноги.
— А что мог ты лучшего ждать от бая? Он вместо своего младшего сына включил в список тебя.
Газез повернул рукоятку камчи.
— Народ чуть не растерзал Таутабая. Но, на счастье Таутабая, подоспели казаки генерала Лаврентьева, — ответил Болат.
— Что мне делать?
— У нас с тобой, Газез, один путь, — сказал Болат. — Итти в отряд Ибрая. — Помолчав, юноша продолжал: — Я записался, записывайся и ты. Будем в одной сотне.
— А кто начальник сотни?
— Касым Бекбулатов.
— А-а, знаю. Где он теперь?
— В Батбаккаре.
— Хорошо. Я завтра утром выезжаю в Касыму, — решительно заявил Газез. — Вот только не знаю, как с табуном Меркулова быть? Одной Жамила́ с лошадьми не управиться. Да и зима скоро, — задумчиво произнёс Газез.
— Мы их перегоним к сарбазам, — отозвался Рустем.
Мысль о передаче коней Меркулова повстанцам обрадовала ребят. Они вышли из юрты, оживлённо обсуждая свою поездку в лагерь Ибрая.
— А этому хапуге Меркулову так и надо. — Дима сжал кулак. — Мало ему земли в Кустанае, так ещё в Тургай забрался.
— Если он тебя спросит, где кони, что ты ему ответишь? — Асыл внимательно посмотрела на своего друга.
— Скажу, что лошадей забрали повстанцы, что он может мне сделать?
— Выгонит, да еще набьёт, — отозвался Асат.
— Пускай-ко тронет, я дяде Коле скажу.
— А кто такой дядя Коля? — спросила Асыл.
— Это квартирант, он живёт у моей тёти в Кустанае, работает наборщиком в типографии Грязнова.
— А ты разве не с нами будешь? — было заметно, как голос Асыл дрогнул.
— Как только сдадим коней, я съезжу в Кустанай и приеду к вам на целое лето. Вот только Кара-Торгоя жалко. Да я его всё равно не отдам. Если же вредина Меркулов станет отбирать коня, тогда уеду в степь.
— К нам? — Глаза Асыл блеснули надеждой.
— А к кому же ещё больше, — улыбнулся Дима. — Я к дедушке Рустему очень привык, да и с вами мне хорошо. — В словах мальчика прозвучала такая сердечность, что Асыл с Асатом поняли, как крепка и неразрывна стала их дружба.
ГЛАВА 9
Осенью 1916 года вся тургайская степь была охвачена восстанием. Штаб Ибрая в то время находился в мечети старого муллы Сарбаса, недалеко от Батбаккары. В двух километрах от штаба на возвышенном месте стояла каменная мазара, которая служила наблюдательным пунктом для повстанцев. Телеграфная связь с Челкаром, Иргизом и другими городами была разрушена. Повстанцы готовились к большим боям с войсками генерала Лаврентьева.
Рустем, Жамила́ и ребята жили на заброшенной когда-то заимке. Меркуловских лошадей они сдали отряду Бекбулатова, который в начале ноября по приказу Ибрая расположился на границе, Кайдаульской волости. Изредка на заимку приезжал Газез. И каждый раз, окружив повстанца, ребята с захватывающим интересом слушали его рассказы о боевых подвигах сарбазов.
…За стенами избы гуляет холодный осенний ветер, порой хлопает ставнем, голодным волком завоет в печной трубе, на крыше пригона и, вырвавшись на простор степи, яростно клонит к земле поблёкший ковыль.