Девочка на тонких крыльях[= Девочка][СИ]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ответа на ее вопрос не последовало. Вместо этого девочка с пикой подошла поближе и дотронулась до предплечья незнакомки. Натали теперь с близкого расстояния увидела Миоломию, лицо той — грубое, угловатое, обросшее мышцами и унизанное венозными дорожками, — сперва ужаснуло девочку, она еле сдержала себя, чтобы не отшатнуться, но дочка большого человека, так по-детски прекрасно улыбнулась ей, с такой светлой добротой и искренностью, что Натали, поборов первое, крайне неприятное ощущение, улыбнулась ребенку в ответ.

— Ты очень красивая: такая гладкая кожа, такие волосы, лицо чудесное, как цветок. Такой становятся, если долго не есть? Я бы хотела такой быть, но только не такой худой, — Миоломиа печально вздохнула, от чего ее ноздри расширились, как два маленьких барабана, — да и голодать мне долго нельзя, не смогу держать оружие в руках, — она гордо подняла пику и слегка ее подкинула. — Это оружие для десятилеток, а я могу ее носить в восемь, мне папа разрешил, сказал…

— Погоди, дочка, — прервал поток красноречия девочки мужчина. Он присел опять на колено, и таким образом его лицо оказалось очень близко к Натали. Большой человек словно стал более мягким: интонации и тембр голоса приобрели заботливые оттенки, черты лица изменились на немного виноватые, как бывает, когда взрослый, разговаривая с ребёнком, знает, что своими вопросами может причинить ему боль.

— Ты точна одна? Уверена, что из твоих никого нет?

Натали кивнула.

— Мы возьмём тебя с собой в лагерь, ты согласна?

Новый кивок.

— Идти сможешь сама или тебя понести? Нам надо заглянуть в одно место, прежде чем возвращаться в лагерь.

Натали сделала нерешительно несколько шагов.

— Да вроде бы в себя прихожу. А далеко идти?

— Нормально, но сильно торопиться не будем, не волнуйся. Если устанешь — не стесняйся, я тебя донесу: ты сейчас, наверное, ничего не весишь, как пушинка, — подмигнув, он более весело добавил, — ничего, мы тебя откормим.

Встрепенувшись, Натали неуверенно зажестикулировала.

— Мне, наверное, нельзя есть, иначе я вернусь в свой мир, а там я с переломанной спиной или…

— Не говори глупости, есть надо всем, а ты и так, похоже, месяц голодала.

— Да я хорошо кушаю, просто в моем — другом — мире все такие.

Тут, не выдержав, к разговору присоединилась Миоломиа.

— А что это за Другой Мир, он далеко? Так город твой называется?

— Дочка, я же тебе сказал, что… м-м-м, как там тебя, — мужчина закатил глаза, — в общем, худышка ударилась головой и немного бредит.

Решив не протестовать, Натали послушно двинулась вслед за большим человеком, его дочь шла рядом с ней и не переставая болтала. С каждым шагом боль отходила на задний план, и детская легкость и непринужденность возвращались к девочке; вдыхать теплый воздух становилось все приятней. Они ускорили шаг, и через некоторое время у Натали на спине появилась легкая испарина. Втроем шагали по безлюдной местности; изредка попадались остовы разрушенных каменных строений, все та же желтая иссохшая колючая трава. Пейзаж напоминал степь, которую с неопределенной периодичностью дополняли группы деревьев с огромными толстыми зелеными иголками, тянущимися к небу, а небо было голубое и безоблачное. От своей спутницы она узнала, что мужчину зовут Лаоли, ему тридцать девять лет, и он лучший воин на свете. Что папа научил ее вот такому удару и вот такому, колоть вот так, протыкать так, а вот так уворачиваться… Потом Натали спросила про червей. Миоломиа искренне удивилась и, очевидно, решила, что ее отец оказался прав — пришелица точно ударилась головой, но про червей она рассказала. Натали узнала, что это длинные злые существа, с множеством лап и острых зубов, живущие под землей и роющие норы, они нападают на людей: некоторых съедают, а в некоторых откладывают личинок; если в человека отложили личинку, то тот уже не может двигаться, причем вынуть личинок нельзя — они сразу же выпускают яд, и человек умирает. Маму Миоломии съели черви, когда пал великий город Янумол, в котором они раньше жили. А как называется это место, девочка не смогла вспомнить, но папа всегда говорит ей, что они на граница ада. Здесь не очень весело, и из всех дел самое любимое у нее — тренироваться с пикой. Самое любимое потому, что папа очень радуется, когда она тренируется, а Миоломиа очень хочет, чтобы папа радовался, потому что после смерти мамы он радуется очень редко.

Шли они уже достаточно долго, Натали начала заметно уставать, но старалась держаться, Лаоли замедлил шаг и стал с ней болтать о разном, он старался делать это весело и с шутками, не забывая при этом и о своей дочери.

— Худышка, я могу посадить тебя на плечо, оттуда тебе будет лучше видно окрестности. Сможешь предупредить, если червь захочет укусить Миоломию за ляжку.

Миоломиа грозно подняла пику, сверкнув острием на солнце.

— Я сама любому червю ляжку укушу вот этим.

Преодолевая усталость, Натали улыбнулась.

— Нет, спасибо, я еще потерплю немного.

От Лаоли она узнала, что лагерь, куда они идут, находится на второй линии обороны, и что здесь даже безопаснее, чем в городе: маленькие скопления людей не так интересуют червей, как крупные города. Потом он попросил рассказать Худышку все, что она сможет вспомнить о себе и о том, откуда она. Имя Худышка так прочно к ней привязалось, что даже Миоломиа стала так называть свою новую знакомую. Когда Натали начала рассказывать про свой мир, Лаоли сначала присвистнул, восхищенно произнеся: «Вот это фантазия!», но потом помрачнел, погрузившись в какие-то одному ему понятные думы. А когда она поведала о своих родителях и о преследовании ее темными силами, Миоломиа, слушавшая до этого удивленно раскрыв рот, не выдержав, спросила у отца:

— Папа, ты никогда не рассказывал, что здесь на юге есть такой волшебный город Другой Мир. Неужели все, что рассказывает Худышка, правда?

Мужчина искоса посмотрел на Натали, пытаясь подобрать слова.

— Не совсем, милая.

— Так она врунья! — возмущенно и обиженно крикнула Миоломиа, презрительно посмотрев в сторону рассказчицы.