У какого из классов есть будущее? Будущее есть лишь у рабочего класса. Какова численность нашего рабочего класса? До революции, до освобождения он насчитывал несколько миллионов человек: за эти годы его численность возросла до 12 миллионов. Сейчас промышленных рабочих на заводах насчитывается 12 миллионов человек, только 12 миллионов рабочих на 600 миллионов населения, то есть чуть больше одной пятидесятой части (на каждые пятьдесят человек приходится только один рабочий). Это очень мало. Но только у них есть будущее. Другие классы — это переходные классы, они находятся в пути, они идут туда же, они идут к рабочим.
Возьмем, к примеру, крестьян. Сельское хозяйство будет механизировано, и крестьяне превратятся в сельскохозяйственных рабочих; коллективизация приведет к социализму, а это будет означать национализацию, то есть переход к общенародной собственности. Нынешняя сельскохозяйственная кооперативная собственность через несколько десятков лет уподобится собственности, уже теперь существующей на заводах. Другими словами, будут сельскохозяйственные предприятия. Эти предприятия будут выращивать кукурузу, пшеницу, рис, батат, земляной орех, соевые бобы. Что станет с буржуазией, вы знаете. Буржуазия сейчас переживает переходный этап, она тоже превратится в рабочих. Несколько сот миллионов крестьян и кустарей уже превратились в крестьян, охваченных коллективизацией, а в будущем они станут крестьянами государственных хозяйств, сельскохозяйственными рабочими и станут применять машины. Хотя основная масса 5-миллионной интеллигенции (за небольшим исключением) в вопросах идеологии и мировоззрения колеблется, она тем не менее тоже выступает за социалистический строй и поддерживает его. В общем, она хочет служить социализму, и это хорошо. Рабочий класс уже завоевал ее. После завоевания коммунистической партией интеллигенции последняя стала сотрудничать с нами, однако это сотрудничество, то есть служение социализму, — лишь одно дело, другое дело — ее мировоззрение, ее духовный мир. Для того чтобы интеллигенция отрешилась от своего мировоззрения, восприняла диалектический материализм и исторический материализм, то есть марксизм, требуется определенный срок.
В настоящее время буржуазная идеология, буржуазное мировоззрение у подавляющего большинства интеллигенции еще не изменились либо незначительно изменились, изменились ненамного. Я только что говорил, что интеллигенция еще не наладила отношений с трудовым народом, не составляет с ним единого целого. Деятели литературы и искусства не хотят идти на заводы, в деревни, а если и идут, то быстро возвращаются оттуда. Основное их внимание сосредоточено не на этом, их интерес к крестьянам, равно как и к рабочим, незначителен. Они торопятся возвратиться домой, чтобы оказаться в обществе интеллигентов. Таких людей я называю раздвоенными. Одной половиной души они хотят служить социализму, и она, эта половина, хорошая. Но поскольку это все-таки только одна половина, то другую половину нам нужно постепенно завоевать на свою сторону, так как она все еще находится в плену буржуазного царства и буржуазной идеологии. Как только я начинаю беседовать с такими интеллигентами, они тут же взвиваются: «Как, ты называешь меня раздвоенным?». Да, я буду так тебя называть; пусть даже ты подпрыгнешь до потолка, я все равно буду так тебя называть (Смех.), ибо все тебе подобные очень неустойчивы, хотят служить рабочему классу, но не всей душой и всеми помыслами, а половиной своей души и половиной своих помыслов. Существуют ли тому доказательства? Они заключаются в том, что вы отделяетесь от рабочих и крестьян, не хотите с ними слиться в единое целое. У вас нет друзей среди рабочих и крестьян, ваши друзья — интеллигенты; но интеллигентам лучше водить дружбу не с интеллигентами, а с рабочими и крестьянами. Тем не менее они не делают этого; даже если ты станешь их заставлять, у тебя все равно ничего не получится, а если и получится и они пойдут на завод или в деревню, то не пройдет и нескольких дней, как они вернутся обратно. Рабочие же требуют, чтобы интеллигенция служила им всей душой и всеми помыслами. Они выдвигают это требование для того, чтобы добиться изменения в их мировоззрении, чтобы те отрешились от буржуазного мировоззрения. В газете я как-то писал: чтобы сокрушить капитализм и утвердить социализм, надо разбить одно и утвердить другое, ибо без разрушения первого не утвердишь второго. Вот почему возникла задача сокрушить. Но, сокрушая, можно причинить боль. Ну что ж, вы, капиталисты, скажете нам, когда почувствуете боль!
Среди капиталистов имеется значительная группа интеллигенции, которую мы должны использовать. Рабочий класс требует, чтобы большинство интеллигентов служило ему верой и правдой; если не все 100 процентов, то ее большинство должно поверить в марксизм, объединив свои интересы с нашими. Сейчас же у нас общих интересов нет, лишь в вопросах социализма наши интересы до некоторой степени совпадают. Здесь не имеется в виду та часть людей, у которых с нами вообще нет никаких общих интересов. Существует небольшая часть людей, которые радуются, когда узнают, что в кооперативах не все ладится, не все получается, им по душе, когда у коммунистов происходят беспорядки. Однако большинство людей, поскольку они фактически висят между небом и землей, хотят с нами сотрудничать. Поэтому наша задача состоит в том, чтобы завоевать их на свою сторону.
Наша партия предлагает сейчас всем подготовиться к кампании по упорядочению стиля работы; чтобы завоевать интеллигенцию и беспартийных деятелей, нам необходимо в первую очередь упорядочить стиль своей работы. Центральный Комитет партии намерен провести в текущем году пленум. Правда, решение по этому поводу еще не принято, но сегодня я все-таки немножко коснусь его. Сколько лет мы уже не проводим кампании по упорядочению стиля работы? И борьба «против трех», и борьба «против пяти» протекала крайне остро, но она не решала проблему в идеологическом плане. Намереваясь провести движение за упорядочение стиля работы, мы рассчитываем добиться улучшения стиля работы коммунистической партии и завоевать на свою сторону широкие круги беспартийных деятелей.
В связи с этим возникает такой вопрос: сотрудничать с демократическими деятелями или не сотрудничать? Этот вопрос исходит не от них, вопрос не в том, будут ли они сотрудничать с нами, а в том, будем ли сотрудничать с ними мы. Есть и другой вопрос. Говорить о сотрудничестве легко: мы будем сотрудничать с ними, с демократическими деятелями, с Мяо Хай-нанем, но вопрос стоит так — использовать их или нет? Кое-кто говорит, что от них мало пользы, даже говорят, что они — отбросы, абсолютно бесполезны. Но почему нельзя утилизировать отбросы? Я не могу сегодня утверждать, что Мяо Хай-нань — это утиль, наверное, он очень полезный человек, но ведь и не очень полезных людей можно использовать. Кто-то дал им название «отбросы», но ведь отбросы-то можно, оказывается, утилизировать. Их просто привлекают к собраниям, используя на ежегодной сессии Политического консультативного совета либо на сессии Всекитайского собрания народных представителей, а когда это остается позади, то им и делать нечего. Пожалуй, в год наберется 1–2 недели таких заседаний. Это — пассивная позиция; я же говорю о том, что по отношению к ним следует занимать активную позицию. Эти демократические деятели в целом представляют собой беспартийную интеллигенцию: эти люди — старые интеллигенты, интеллигенты, доставшиеся нам от старого общества.
Сколько сейчас студентов — выходцев из среды рабочих и крестьян? По нашим данным, их по всей стране 20 процентов, из 100 студентов лишь 20 являются выходцами из рабочих и крестьян, а 80 процентов — это дети помещиков, кулаков и капиталистов. Положение с учащимися средних школ не очень ясное, но, видимо, соотношение здесь 4:6, то есть 60 процентов — выходцы из семей помещиков, кулаков и капиталистов и 40 процентов — из рабочих и крестьян. Возможно, что соотношение и равное — половина на половину. У вас имеются данные по этому вопросу? У меня таких данных нет, но среди тех, кто из неполной средней школы переходит в полную среднюю школу, видимо, все-таки больше выходцев из семей эксплуататорских классов. Когда сложится положение, при котором все 100 процентов студентов будут выходцами из рабочих и крестьян, все 100 процентов учащихся полных средних школ будут выходцами из рабочих и крестьян? Для этого как минимум нужны 3 пятилетки, как минимум должно пройти еще 11–12 лет прежде, чем положение изменится в корне, но, возможно, потребуется более долгий срок: не хватит 2 пятилеток — потребуется 3 пятилетки. Тогда их родственные корни, несомненно, исчезнут; здесь весь вопрос в отмирании родственных корней. Сохранит ли свой род буржуазия, сохранят ли свой род помещики? Не сохранят. Наша цель состоит в том, чтобы лишить их родственных корней. Тогда не станет капиталистического уклада и помещичье-феодального уклада, и на протяжении 10 тысяч лет будет существовать строй рабочих и крестьян, то есть настанет время рабочего поколения.
Наиболее перспективным является будущее пролетариата, но товарищи должны знать, что сейчас, в этот переходный период, мы ни на шаг не можем отрываться от интеллигенции. Без нее некому учить, некому работать инженерами, некому заниматься наукой; она составляет большинство среди профессоров высших учебных заведений, учителей средних и начальных школ; она также составляет большинство среди деятелей литературы и искусства, и без нее обойтись мы не можем, без нее мы не можем ступить и шагу. Поэтому с нею надо по-настоящему объединяться, ибо перемены произойдут лишь через несколько пятилеток. К тому времени она тоже изменится: капиталисты станут рабочими, помещики — крестьянами, их дети тоже изменятся, дети меняются уже сейчас.
Упорядочение стиля работы — это метод разрешения внутрипартийных противоречий с помощью самокритики, метод разрешения противоречий между партией и народом. Упорядочение стиля работы пойдет по трем направлениям: искоренение догматизма, искоренение сектантства, искоренение бюрократизма. Кроме того, есть еще ряд других вопросов, которые будут решены в ходе кампании по упорядочению стиля работы. Например, вопрос о взяточничестве, которое имеется в политических органах, особенно в низовых звеньях, в кооперативах, на промышленных и горнодобывающих предприятиях.
Далее, вопрос об ослаблении революционной воли и духа служения народу всей душой и всем сердцем. Ныне стали частыми такие явления, как погоня за должностью, почетом и личными выгодами. Тот дух самопожертвования, каким мы отличались в прошлом, тот дух самопожертвования, какой мы проявили в классовой борьбе и в сражениях с врагами, некоторыми товарищами утрачен. Они стремятся сладко поесть, красиво одеться, соперничают в уровне жалованья, проливая горькие слезы, когда их понижают в ранге. Человеку дано два глаза, влага в глазах называется слезами, вода в чайной чашке — чаем. И когда человеку присваивают не тот ранг, какой ему хотелось бы, он тут же начинает лить слезы в три ручья. (Жестикулирует. Смех в зале.) Когда дрались с Чан Кай-ши, когда помогали Корее в сопротивлении США, в период подавления контрреволюции он не уронил ни одной слезинки, ни одной слезинки у него не скатилось и в ходе социалистического строительства, но едва оказались задеты ми его личные интересы, он сразу же начал лить слезы в три ручья. (Смех.) Говорят, есть даже такие, кто из-за этого по нескольку дней отказывается от пищи; говорят, что и у вас кое-кто из-за этого по три дня не ест. А мы скажем: три дня не поел — ничего страшного, вот если неделю не поешь — это уже опасно. (Смех.)
Короче говоря, налицо такие явления, как погоня за личной славой, борьба за должности, соперничество в жалованье, в одежде, в наслаждениях; все это также относится к противоречиям внутри народа. Лить слезы! Из-за личных выгод отказываться от пищи и лить слезы! Есть пьеса под названием «Ночное бегство Линь Чуна», в которой, в частности, поется: «Мужчина не будет лить слезы, пока горечь печали не коснется его». Среди нас есть некоторые товарищи (мужчины, но, возможно, и женщины), которые не льют слезы до тех пор, пока не начнут обсуждать их соответствие рангу. Товарищи, это поветрие мы должны изжить. Вернувшись на свои места, вы должны об этом рассказать всем. Когда мужчина не льет слезы — это хорошо, а что для него составляет горечь печали? Горечь печали для него — это если рабочему классу и крестьянству грозит гибель, только в этом случае он имеет право уронить несколько слезинок. Что же касается вашего ранга, то даже если вам его присвоили неверно, слезы надо сдержать, чтобы они лились не наружу, а внутрь. (Смех.) Надо сдерживаться, хотя и случается много несправедливого. Действительно, кому-то и ранг могут присвоить неверно, но и это не повлияет на положение в целом. Был бы кусок хлеба, мы ведь революционная партия, и наш принцип состоит в том, чтобы никто не умирал с голоду. Пока человек не умер с голоду, он товарищ по революции.
Надо бороться, через 10 тысяч лет все равно надо будет бороться. Пока есть коммунистическая партия, надо бороться. Когда же коммунистическая партия отомрет, все равно нужны будут руководители, все равно будут командиры производства, но они тоже будут служить народу. В общем, служить народу нужно всей душой и всем сердцем, а не в половину, даже не в две трети души и в две трети сердца. Люди, у которых ослабла революционная воля, должны воспрянуть духом. В текущем году мы проходим подготовку, текущий год — это подготовительный этап, когда мы только оповещаем о том, что скоро развернется движение по упорядочению стиля работы: в отдельных районах можно попробовать провести это движение уже в этом году. Некоторые взяточники уже в этом году должны убрать лапы. Собственно, если ты что-то прибрал к рукам, то немедленно верни, тогда мы не будем тебя считать взяточником и преступником. Следовательно, не ожидая будущего года, когда официально начнется движение за упорядочение стиля работы, ты уже в этом году должен избавиться от всего. В этом году ты еще не взяточник, хотя все зависит и от того, сколько и как ты вернешь. Как быть с тем, кто уже все проглотил, переварил и превратил в навоз? Если все уже превращено в навоз, надо посмотреть, нельзя ли дать ему возможность возвращать по частям. Среди крестьян в кооперативах это нужно делать непременно, там и 30 юаней большие деньги, пусть он вернет их в три срока: в этом году — 10 юаней, в будущем — 10 юаней и еще через год — 10 юаней. Если все отдашь в этом году, будет совсем хорошо, действительно хорошо, ведь тогда в будущем году тебя не будут считать взяточником. Вот почему обо всем этом мы объявляем уже в этом году!
Бюрократизм будет ликвидирован, отношения с народом, с подчиненными будут налажены. Начальником быть нелегко. У заведующего департаментом в подчинении много людей, которые обычно не особенно вникают в суть дела, но как только начнется движение за упорядочение стиля работы, эти люди, будьте уверены, заговорят. Среди присутствующих здесь наверняка есть заведующие департаментами, управлениями и отделами, так неужели существует необходимость бросать бомбу, чтобы известить вас о начале движения за упорядочение стиля работы? Думаю, что нет. По-моему, нет нужды устраивать такой взрыв, заранее исправьте все недочеты — и делу конец.
Наши недостатки — это недостатки внутри народа, для их исправления не нужна большая демократия, не надо большого движения, которое более уместно по отношению к классовому врагу. Мы занимаемся малой демократией, если одного слова «малая» для ее характеристики будет недостаточно, то можно перед ним поставить еще слово «мизерно», и тогда она будет называться «мизерно малая демократия». Короче говоря, будет «легкий ветерок и мелкий дождь», тайфун наверняка не поднимется. Но мелкий дождь будет моросить, не прекращаясь, легкий ветерок будет дуть беспрестанно. (Смех.) Давайте-ка сделаем так, что бы он дул в течение трех лет. В этом году мы будем готовиться, а в следующие два года пусть будет моросить мелкий дождь и дуть легкий ветерок, который выдует бюрократизм и субъективизм. Мы исходим из того, что надо беречь товарищей, мы стремимся к сплочению, чтобы с помощью соответствующей критики достигнуть нового сплочения.
Я закончил, товарищи.
БЕСЕДА С ДЕЯТЕЛЯМИ ЛИТЕРАТУРЫ И ИСКУССТВА
Мао Цзэ-дун. Сколько дней заседали? Как прошли заседания? Я прочел все ваши 33 вопроса.[116]
Мао Цзэ-дун (обращаясь к товарищам из Центрального Комитета). Кто из вас участвовал в совещании?
Кан Шэн[118]. Вчера утром я был в шанхайской группе, после обеда в тяньцзиньской, сегодня утром в [группе] министерства высшего образования, а после обеда отважился стать писателем и заседал в группе литераторов.
Мао Цзэ-дун. Какие же вопросы возникали?
Кан Шэн. В группе литераторов обсуждение было очень оживленным; под конец Лао [Шэ][119] выдвинул один вопрос, продлили работу еще на полчаса и все равно не хотели расходиться.
Мао Цзэ-дун (обращаясь к [Чжоу Яну][120]). Какой вопрос был выдвинут?
[Чжоу Ян]. Относительно трагедии — можно ли писать трагедии; к примеру, писатель ненавидит каких-то людей, так можно ли описывать их поражение и смерть?
Мао Цзэ-дун. Каких людей ненавидит?
Кан Шэн. Бюрократов.
Мао Цзэ-дун. Разумеется, бюрократов нужно критиковать. Есть такой фильм «Кому принадлежит слава»[121], там изображен начальник управления железной дороги; он бюрократ, но должность начальника все равно занимает! Хотя писатель уже изобличил его, он по-прежнему остается начальником управления. Такого кадрового работника надо снимать с должности! Ради того чтобы лечить с целью спасти больного, его можно отправить и на учебу. Но это называется непоследовательностью, недостаточной последовательностью. Бороться же с бюрократом надо до конца, ведь это бюрократ, а не кто-либо иной.
Кан Шэн. В нанкинской группе зашел разговор о том, нужна ли в школах дисциплина. К примеру, если учащийся нарушает школьную дисциплину и после многократных наставлений не исправляется, можно ли его исключить? Опять же, если не исключать тех, кто пишет реакционные лозунги, то что останется от дисциплины?
Мао Цзэ-дун. Соблюдать дисциплину — значит критиковать [нарушителя] и всем помогать ему исправиться. Некоторые вовсе не являются тайными агентами, у них в головах сумбур, им можно записать большую провинность[122]. Исключить — дело легкое, исключишь, а куда им идти? Куда-то они должны же идти. Может быть, условимся передать их вам в Ассоциацию литературы и искусства, в Союз писателей? В такой огромной стране, как Китай, им всегда найдется место: в армии, на заводах, в кооперативах. Вы их отсюда исключили, а там их примут — и что вы тут поделаете? Раз в школах все так хорошо, то почему нельзя оставить в них несколько плохих учеников? А школьные деятели думают только об исключении.
Кан Шэн. У вузов тоже есть свое мнение о том, что нехорошо концентрировать всю научно-исследовательскую работу в Академии наук; вузы тоже должны заниматься наукой, должны вести и исследования и преподавание.
Мао Цзэ-дун. Какие есть вопросы в области литера туры и искусства?
[116] Имеются в виду пункты «Сборника вопросов об идеологической работе», выпущенного отделом пропаганды ЦК КПК 6 марта 1957 г. — Прим. Маоизм. ру
[118] Кан Шэн с 1925 года находится на руководящей партийной работе; в 1937 году — зав. особым отделом ЦК КПК; член ЦК и кандидат в члены Политбюро ЦК КПК восьмого созыва; секретарь ЦК КПК (1962); член Политбюро ЦК КПК (1966) и советник «группы по делам культурной революции» при ЦК КПК — в августе 1966 года; в сентябре 1966 года — член Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК; на IX съезде КПК избран членом ЦК, Политбюро ЦК и Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, а также советником ГКР при ЦК КПК. На X съезде КПК избран членом ЦК, Политбюро ЦК, Постоянного комитета Политбюро ЦК и заместителем председателя ЦК КПК. На первой сессии ВСНП четвертого созыва избран заместителем председателя Постоянного комитета ВСНП четвертого созыва. Организатор и активный участник многочисленных расправ над противниками Мао и личными врагами. Осуществляет контакты с руководителями всех прокитайских партий; ярый антисоветчик, никогда не скрывавший своей ненависти к СССР. — Прим. ред.
[119] Лао Шэ (псевдоним, настоящее имя Шу Шэ-юй) — известный прозаик и драматург, профессор литературы, зам. председателя Союза китайских писателей; в ходе «культурной революции» подвергался яростным нападкам маоистов; по сообщениям иностранных корреспондентов, покончил с собой. — Прим. ред.
[120] Чжоу Ян — кандидат в члены ЦК КПК восьмого созыва, зам. зав. отделом пропаганды ЦК КПК, автор многих теоретических работ по литературе и искусству; с 1966 года подвергается резкой критике со стороны маоистов, назван «главарем антипартийной антисоциалистической линии в литературе и искусстве», «контрреволюционным двурушником» и т. п.; в 1967 году арестован; продолжает подвергаться нападкам в официальной печати. — Прим. ред.
[121] «Кому принадлежит слава» (другой название — «На пути вперед») — фильм 1950 года про двух боевых товарищей; после революции они вступили в конфликт из-за различий в идеологических концепциях и методах управления; в конце концов, изучение передовых идей Советского Союза победило старые консервативные идеи. Фильм был одобрен правительством, но вскоре его прокат был свернут. — Прим. Маоизм. ру
[122] Дисциплинарная мера в китайской школе вроде строгого предупреждения. — Прим. ред.