— Ты сделал это моим делом.
— Талемир, — сказала Дрю, коснувшись рукояти своего меча. — Я могу за себя постоять.
— Дело не в этом, — прорычал Талемир, сжимая горло Колтана. Глаза рейнджера выпучились. — Ты не должна терпеть это.
Колтан вцепился когтями в его руку, в панике отталкивая Талемира ногами.
— Ты убиваешь его, — заметила Дрю.
— Хорошо.
Колтан прохрипел, глаза его налились кровью, а лицо стало багровым. Талемир наслаждался каждым мгновением страданий этого ублюдка. Он видел, как этот жалкий ничтожество изводил Дрю, как мучил ее чувством вины, как пытался использовать трагедию ее семьи против нее, чтобы получить желаемое. Нет, он заслуживал того, чтобы из него выжимали жизнь; он заслуживал того, чтобы…
— Талемир, — предупредила Дрю.
Глаза Колтана пронзили его молчаливой мольбой.
Талемир сжал его горло для пущей убедительности, рассеянно размышляя, не повредил ли он еще голосовые связки этого ублюдка.
— Еще раз прикоснешься к ней, — сказал он, наклоняясь и прижимая Колтана к стене за спиной, чтобы его карающая хватка отражала его слова. — И ты умрешь.
Талемир отбросил его, и Колтан рухнул на пол, как мешок с картошкой, задыхаясь и хрипя, сжимая горло.
К его удивлению, рядом с ним скрючилась Дрю, и на долю секунды Талемир засомневался, не зашел ли он слишком далеко.
Но Дрю выхватила из сапога кинжал и подставила острие под подбородок Колтана. В уголках его рта выступила пена, и он в панике поднял на нее глаза.
— Я знаю, что это ты отправил обвинение Тезмарру… Я знала об этом с того момента, как они прибыли сюда и ты чуть не наложил в штаны. Что ты пыталась сделать?
Колтан задыхался, отступая назад, чтобы избежать кончика ее клинка.
Но Дрю продолжала прижимать его к коже.
— Зачем ты это сделал? — потребовала она.
— Я.…, — кашлянул ублюдок. — Я думал, они просто скажут тебе прекратить, вернуться к роли леди. Я не думал… Я не думал, что они пришлют их сюда. Я…
— Ты хочешь, чтобы я снова стала леди? — Дрю выплевывала каждое слово с недоверием.
Талемир наблюдал, как ее осеняет истина. Она прекрасно понимала, что мальчик влюблен в нее, что он чувствует себя вправе обладать ею. Но это…?
Пока он паниковал, из уст Колтана вырвалось еще больше глупостей.
— Ты была лучшим рейнджером Адриенны. Она посылала тебя повсюду. Без меня. Ты больше заботилась о своих обязанностях перед ней, чем обо мне, и…
— Я услышала достаточно, — оборвала его Дрю. — Убирайся с глаз моих. И никогда больше не разговаривай со мной, — приказала она.
На шее у него уже образовались синяки, глаза все еще были широко раскрыты и налиты кровью, Колтан выскочил из комнаты, на бегу наполовину упав.
Дверь лавки захлопнулась за ним, и в тишине, повисшей между Талемиром и Дрю, раздалось эхо.
Она тяжело вздохнула, убрала кинжал в ножны и встала.
— У меня все было под контролем.
— Я знаю это.
— Тогда зачем было вмешиваться?